Зачем ты меня остановила за ужином? — резко сменил брюнет неловкую тему разговора. Он замедлил шаг, потом и вовсе остановился и повернулся ко мне лицом.

— Не хочу быть причиной разлада в вашей семье, ведь я в ней временное явление.

— Ничто так не постоянно, как временное, — усмехнулся молодой мужчина. Жаль, я не различила оттенка, с которым он произнес данную фразу. Но мириться с услышанным не собиралась:

— Этому не бывать!

— Дариел, Лилит, где вы?.. Отзовитесь! — раздался где-то неподалеку требовательный голос лиры Изабель, узнавшей откуда-то, что мы в парке.

Дариел незамедлительно отозвался на ее очередной окрик и продолжил вглядываться в мое лицо. Но что он мог увидеть в темноте? Лишь его очертания? Однако я смутилась и уже не в первый раз за вечер ощутила, как на моих щеках, несмотря на прохладу, разгорался румянец. Хотя никогда не считала себя настолько застенчивой.

К счастью, этот неловкий момент продлился недолго — женщина быстро нагнала нас, ухватилась за любезно предоставленный деканом локоть, другой же он следом предложил и мне. И мы втроем продолжили гулять по летнему парку. Вернувшись в гостиную, наполненную гостями, Дариел практически сразу же поторопился откланяться, чем вызвал у многих недоумение. Но только не у меня. Я догадывалась, чем продиктовано его желание поскорее покинуть родительский дом — брюнет всячески старался избежать щекотливой ситуации, которая, по его мнению, могла возникнуть. Он боялся, что я ненароком обмолвлюсь о произошедшем инциденте и поставлю тем самым его брата и невестку в неловкое положение. Дариел не доверял мне. А разве должен был? Наличие навязанных помолвочных уз никак не влияло на наши межличностные отношения. Однако досада в груди все же неприятно шевельнулась.

Лира Изабель при прощании несколько раз упомянула о предстоящем званом вечере, словно нам кто-то позволил бы забыть о нем и не появиться в назначенный час в особняке.

Стоило экипажу выехать на мостовую, как Дариел погасил магический светильник, вытянул ноги, насколько позволяло место, и откинулся на неудобную спинку. Всем своим видом маг давал мне понять, что заводить беседы на протяжении всего пути не намерен. А вот меня глодало любопытство и тянуло на разговоры. К тому же назрел серьезный вопрос.

Я прислушивалась к его дыханию, которое даже по истечении четверти часа не стало размеренным. Брюнет не спал. В противном случае я не осмелилась бы первой нарушить царившее в карете молчание:

— Так в чем заключается ваша непереносимость алкоголя?

На протяжении всего вечера мне удавалось избежать прямого обращения к жениху.

— Этими сведениями я поделюсь, пожалуй, только со своей женой, — без промедления отозвался Дариел. Низкий голос мага прозвучал загадочно.