А если взять тех, кто нападают на тебя или твоих близких? Да и не близких тоже, взять хотя бы девочек в бараке графа Пантелеева. Разве эти насильники и убийцы тоже жертвы?

Нет. Это мрази и твари недостойные жизни. Убить их — святое дело, которое должно приносить радость.

Мы спорили о подобных вещах с моими сокурсниками в университете, и они утверждали, что я так рассуждаю, потому что знаю, что мне никогда не доведётся убивать. А я с пеной у рта доказывал, что дайте мне маньяка-насильника или убийцу, и я безо всякого оружия перегрызу ему горло.

Жизнь показала, что я был прав.

В этом мире я уже убивал. Мало, но тем не менее. И да, мне снились все эти люди, даже вчера ночью граф Пантелеев. Только это были не кошмары — во сне я делал это снова и понимал, что все сделал правильно.

Все эти мысли пронеслись в моей голове, пока я наблюдал за очень, очень, сука, медленно крадущимися к нам убийцами.

Да блин, вас так спалят раньше, чем вы доберётесь!

Наконец гады подошли и уверенно разделились: трое встали напротив нашей двери и один у номера Феникса.

Значит, всё-таки следили через окно.

Я поднял руку и показал три пальца, а потом на дверь.

Оля кивнула. Во! Значит, и я не бездарность! Хотя, откровенно говоря, конкретно в этом случае и Маришка бы справилась.

Один из гадов подошёл и прислушался.

Прошла минута, а этот дурак продолжал прижимать ухо к звуконепроницаемой двери. Да чтоб вас черти взяли, тормоза вонючие, хоть сам выходи! В принципе, был бы калаш, можно было бы через дверь по ногам очередь дать.

Ольга вопросительно посмотрела на меня, а я лишь махнул рукой, мол, дебилы. Она снова кивнула.

Мистер Большое Ухо, наконец, отошёл, что-то шепнул друганам, и к двери приблизился второй.

Во! Началось!

Пальцы убийцы засветились синим, и он приложил их к замочной скважине.

Я уловил колебание магии, немного повеяло прохладой.

Не мастер. Слишком избыточно и неточно.

И вообще, всё поведение убийц показывало не очень высокий уровень их профессионализма.

Заморозив замок, мужик поднял руку и, когда двое его подельников подошли, со всей дури ударил в дверь подошвой.

Раздался громкий треск, а потом три автоматные очереди. Да, в отличие от нас, у противников калаши были.

Вот только не просто так я сменил место — они хреначили по той стороне комнаты, где стояла кровать, и при этом в свете коридора были у меня как на ладони.

— Раз, — шепнул я и нажал на спуск."

"Пуля попала дальнему противнику в грудь. Брызги крови оросили противоположную стену, а я уже перевёл дуло.

— Два.

И ещё одно тело падает на пол.

Вторую вспышку выстрела увидел последний из первой тройки. Не переставая жать на спуск, он перевёл ствол автомата в мою сторону, а я от греха подальше завалился на пол.

Разумеется, перед этим выстрелив в третий раз. Попал.