Эрлик даже зубов не показывал волчьим всадникам, только крутился и лупил хвостом, отбрасывая самых назойливых.

Однако мужики были крепко привязаны к сёдлам, а ездовые звери кувыркались в полёте, как заправские эквилибристы, и снова неслись на врага.

К несчастью, раны, нанесённые людьми, зарастали на Эрлике быстро. И только волки, нахлебавшиеся магической крови повелителя преисподней, представляли для него серьёзную угрозу.

Его чёрная кровь хлестала из ран — удушающе-пряная. Это забирало у дракона силы и сводило с ума нас.

Странные, злые мысли, появлялись в голове словно сами сбой.

Хотелось рубить, рвать на части огромного зверя, словно не было больше ничего, кроме крови и смерти. Словно мы родились не просто победить Эрлика, а перемешать его кровь с землёй.

Домашние волки тоже дурели от запаха крови. Поначалу и я опьянел, а Мавик, увенчанный защитным амулетом, так и вообще возомнил себя бессмертным волком.

Он бросался чуть ли не в пасть Эрлику, а я махал мечом, как заяц на батарейках, пытаясь найти уязвимые места.

Всё смешалось в моих глазах — земля, небо, звери и люди. В ушах звенело от воинских криков, гудения варгана, рычания, ветра, бьющего в лицо.

Кровь чёрного дракона насохла на руках, а с физиономии её приходилось то и дело смахивать, чтобы не заливала глаза.

Это был сумасшедший бой. Исполинские волки-мутанты, похожие на мифических братьев Хати и Сколля, рвали дракону бока и брюхо, а мы, всадники, пытались теснить его к провалу в стене огня.

Постепенно в башке у меня немного прояснилось, и адреналин схлынул. Я огладил Мавика и заставил его подняться выше дерущихся, чтобы оценить результаты сражения.

К сожалению, продвинулись мы мало.

Правда, Эрлик потерял много крови — я видел целые лужи между камнями. Но дракон продолжал раздуваться, черпая энергию из провала и становясь всё неуязвимей."

"— Надо что-то предпринять, Мавик, — прошептал я, успокаивающе похлопывая волка по шее. — Эрлик по мимо воли подпитывает и нас своей яростью, но это — плохая подпитка. А мы никак не можем прижать его к провалу.

Мавик зарычал. Он рвался вниз, в битву.

— Подожди, — успокаивал я его. — Чапай думать будет.

Но волк нервно сучил в воздухе лапами. Он не понимал, чего тут думать, и хотел драться.

Я же с надеждой смотрел вниз на людей, что суетились под щитом света.

Ярость всадников и волков дала возможность нашим охотникам, выбраться из-под защиты Дьайачы, чтобы запастись камнями для катапульты.

Они натащили порядочную кучу и готовились стрелять, а Айнур скакал вокруг и махал руками, наверное, командовал.

Впрочем, ругал я его зря. Наш предводитель всем нашёл дело. Даже самые мелкие зайцы таскали в своих плащах щебень, чтобы укрепить и приподнять катапульту.