— По крайней мере, тебе не нужно беспокоиться о том, что другие мужчины попытаются напасть на меня.

— Меня это не волнует, — тихо сказал он.

Я склонила голову набок.

— Ты обнаружил, что получил неисправный приз?

— Неисправный? — спросил он.

Я указала на себя."

"— Сломанный. Я не та, что была обещана. Ты должен вернуть меня.

Нино принял сидячее положение и подвел нас ближе. Я заставила себя оставаться неподвижной, но мое тело напряглось. Его глаза скользнули по мне, возможно, заметив мою реакцию, но он не отстранился.

— Мне обещали жениться на Витьелло. Девушку с красотой и грацией. Ты выполняешь мои требования.

Я уставилась на него.

— Ты думаешь, я красивая?

— Можно подумать, что это плод моего воображения, но твоя красота факт. И причина, по которой я не беспокоюсь о мужчинах, делающих шаг к тебе, заключается в том, что ты теперь Фальконе, моя жена, и в Лас-Вегасе никто не идет против нас.

Я сглотнула.

— Тьма имеет власть над тобой, потому что он пришел за тобой ночью? — я кивнула, а затем сделала еще один глоток. — Твои ночи в безопасности. Теперь ты в безопасности, Киара. Даже в темноте тебе нечего бояться, никого, потому что я здесь, и им придется пройти через меня. И никто никогда не выигрывает у меня. Я самое опасное существо в темноте, но ты не должна меня бояться.

Я опустила глаза, не понимая.

— Почему?

— Что почему?

— Почему я не должна тебя бояться? Ты Фальконе.

— Так и есть. И мы с братьями защищаем друг друга, потому что мы семья, и мы защищаем Фабиано, потому что мы сделали его семьей, а теперь мы защитим тебя, потому что ты моя жена, и это тоже делает тебя семьей. Вот какой должна быть семья, тебе не кажется?

Я посмотрела на него с дрожащей улыбкой.

— Так тебя воспитывала семья? Как твой отец воспитывал тебя? Потому что мой отец избивал меня и убил мою мать, пытаясь спасти свою жизнь. Тетя Эгидия и дядя Феликс обращались со мной как с обузой и изгоем, потому что мой отец был предателем, а дядя Дюрант, он… он…

— Мои отец и мать никогда не были семьей. Они были кровью, не более того. Мои братья и я кровь, но мы также решили быть больше, быть единым целым. Мы кровь и избранная семья. И мы защищаем семью. — выражение его лица было более оживленным, чем я когда-либо видела, и мне было интересно, осознает ли он это… действительно ли он был таким бесчувственным, как утверждал.

— Если ты решишь стать Фальконе, если ты решишь стать нашей семьей, если ты решишь стать моей не только на бумаге, но и потому, что это твой долг, тогда мы защитим тебя.

— Что я должна сделать, чтобы стать семьей? Быть твоей?

— Быть лояльной. Будь надежной. Забудь о своей кровной семье и Нью-Йорке. Вырежи узы, которые связывают тебя с ними и стань Фальконе. Это мы против остальных. Так будет всегда.

— Я могу это сделать.