Она засмеялась, и я просунул в нее второй палец. Она напряглась от удивления, и я не пошевелился, давая ей понять, что никакой боли не последует. Она была слишком мокрой для этого.

— Хорошо?

— Да, — сказала она.

— Тогда давай постараемся все исправить. — я двинулся вверх по ее телу, удерживая пальцы внутри нее, и закрыл рот на ее соске. Я дразнил его некоторое время, прежде чем начал двигать пальцами в медленном ритме.

Стенки Киары крепко обнимали их, и я не мог дождаться, когда почувствую их вокруг своего члена. Через несколько секунд Киара встретила мои толчки своим тазом, когда я сильнее пососал ее сосок.

Я отпустил ее, чтобы спросить, как дела, но Киара оказалась быстрее.

— Хорошо, Нино. Пожалуйста, не останавливайся.

Я вернулся ртом к ее ожидающему соску, слегка покусывая, и вскоре Киара выгнулась подо мной, выкрикивая свое освобождение. Я высвободил пальцы, покрытые ее соками, и это зрелище почти убило меня. Ее глаза распахнулись, взгляд стал рассеянным, губы растянулись в довольной улыбке.

— Твое тело готово, — прохрипел я, балансируя на грани самоконтроля. Я редко позволял себе терять контроль, и сегодня определенно не тот день.

— Я готова, — тихо сказала она, изучая мое лицо. Я улыбнулся ей, зная, что ей нужно успокоиться.

Я оттолкнулся от Киары.

— Я думаю, тебе лучше быть сверху.

— Я не уверена, что смогу это сделать. Ты можешь быть сверху?

Я кивнул, но, учитывая ее нервы, как только она поняла, что мои физические силы, казалось плохим выбором. Сегодня на боксерском ринге она справилась с этим хорошо, но это было совсем не то, как подчиниться кому-то в постели.

Я вылез из трусов. Я уже был болезненно тверд, но я знал, что должен идти медленно для Киары.

Никогда в жизни мне не приходилось сдерживаться ради кого-то. Я получал от девушек все удовольствия, которые они могли мне предложить, и они могли предложить многое, но Киара была моей женой, и я хотел обращаться с ней правильно, обращаться с ней так, как должны обращаться с женой.

Киара не была шлюхой или должницей. Она была моей женой. Фальконе. Моя обязанность.

Она смотрела на меня с беспокойством и доверием. Я не был уверен, почему осознание того, что она доверяет мне, радовало меня так же, как и это; только мои братья доверяли мне, и теперь Киара — даже несмотря на то, что ее прошлое научило ее, что люди, которым она доверяла, в конечном итоге причиняли ей боль.

Я забрался обратно на кровать, и Киара улыбнулась, но ее губы дрожали. Я хотел быть в ней.

— Мы не должны этого делать, — сказал я ей, хотя слова болезненно слетали с моих губ.

— Нет, — немедленно ответила она, касаясь моей груди.

Ее пальцы дрожали. Я поднес ее ладонь к губам и поцеловал. Она немного расслабилась, как обычно, хорошо реагируя на нежность.