Да, случайные связи изредка случались, но после них только гадкое ощущение в душе, — от его слов оттает горечью. Он откровенен, а это для меня значит очень много.

— Вы и работали вместе. Понимаю, когда в один миг все рушится, — закусываю губу.

Рома жив, но так сложно стоять на осколках былого и начинать все с нуля.

Разные ситуации… но боль Артема мне слишком близка.

— Супруга была той еще авантюристкой. Ходила по минному полю. Специально пошла работать к продажному судье, чтобы вывести его на чистую воду. Как я ее тогда останавливал, ругались не раз, но она как танк перла к своим целям.

Я поначалу думал, что авария — это происки рук судьи, желание ее устранить. — В ней было столько огня, — смотрит вдаль, воспоминания уносят его. — Как мог, помогал, оберегал от новых авантюр, но ей нравилось ходить по острому лезвию. Кто знал, что ее огонь погаснет так внезапно…

— Она оставила тебе самое большое сокровище — двух замечательных парней.

— Да, ты права, — мотает головой, словно прогоняя прошлое. — Жизнь продолжается, — улыбается.

— А ты меня с ними знакомить не хотел!

— Лер, — взгляд не прячет, но вижу, как тщательно подбирает слова.

 — Врать не буду, у тебя и так достаточно лжи в жизни. Я просто не хотел, чтобы они знакомились с Зоряной. Она девушка красивая… а учитывая все, что я о ней узнал…

— Зоря… — горький комок подкатывает к горлу. — Спасибо за честность…

Он прав, моя дочь опасна. Я должна это признать и научиться, как-то с этим жить.

Все же визит Артема оставляет приятные впечатления, хоть и с горьковатым послевкусием.

Он так и не смог создать новую семью, не отпустил прошлое.

Неужели и меня ждет жизнь с вечной болью от предательства? Я так измучилась… А сколько всего еще надо пройти.

Знаю, что меня ждут новости, которые пока мне не сообщают. И порой хочется закрыть глаза и ничего не знать, уберечь себя от новых страданий. Но так нельзя. Я должна пройти этот путь. Довольно жить во лжи.

Телефон вибрирует, сообщая о звонке.

Долго раздумываю, брать ли трубку. Вначале решаю не поднимать. Но звонки не прекращаются.

Что-то случилось…

— Доченька! — всхлипывающий голос матери. Едва его узнаю.

— Слушаю, — отвечаю холодно.

— Беда приключилась! У меня инсульт. Едва спасли врачи… Правая рука и нога отнялись… Лерочка, помоги мне…

— А Матвей что?

— Ой… беда… бросил он меня, квартиру забрал… Доченька, ты мне так нужна, — говорит, коверкая слова, медленно, так что едва получается ее понять. — Другую бабу себе нашел. А меня, как ненужный хлам выбросил, обобрав до нитки… А у меня денег на лекарства нет, а там еще реабилитация впереди… А я двигаться почти не могу, — продолжает причитать.