— Вы выбрали? — Влад, как всегда, от щедроты душевной заказывает половину меню.

— Ой, как хорошо, что вы меня с собой позвали. Я хоть посмотрю, каким бывает мой зять, — мама складывает ладони перед собой, делает паузу, привлекая наше внимание. — Дети, вы знаете, как меня расстраивают ваши вот эти ссоры. Хватит ерундой заниматься, сходитесь и живите.

— Я с вами полностью согласен, — Влад кивает.

— У вас под кабинет Полькин хорошая светлая комната выделена, думаю, там нужно детскую делать. Или для бабушки, ну то есть для меня, комнату. Кто же дочери, как не родная мать, поможет.

Ого, буквально неделю назад мама говорила по-другому и потенциального внука ей достаточно было видеть раз в месяц. Для таких редких визитов отдельное помещение держать не обязательно.

— Мы подумаем, правда? — Влад смотрит на меня.

— Простите, мне надо в дамскую комнату, — резко поднимаюсь и выхожу из-за стола. Мама порывается пойти со мной, но подходит официант с напитками, и она задерживается. Это уже слишком, конечно. То безразличие, то теперь вдруг внимание и контроль.

Закрываюсь в кабинке. Как же жаль, что я не умею телепортироваться.

Не нравится мне мамин настрой, она и Влада с толку сбивает. А меня как будто не существует, мое мнение не нужно.

Выглядываю — они так и сидят за столиком. Быстрым шагом иду к выходу и — на улицу.

Про меня спохватываются минут через десять, когда я успеваю уйти достаточно далеко. Успокаиваю маму, что со мной все в порядке, мне просто захотелось на свежий воздух.

— Немедленно возвращайся! — начинает заводиться она. — И веди себя прилично.

Опять пытается вылепить из меня послушную удобную девочку. И выгодную.

— Я не вернусь, — говорю как можно тверже.

 — Хочу побыть одна. А вот есть не хочу совершенно.

Она пытается возразить, но я перебиваю — как только смелости хватает? — и прошу передать мои слова Владу.

Не знаю уж, что она ему говорит, но меня они звонками больше не беспокоят.

Хватит стресса. Возвращаюсь в Катину квартиру, закрываю двери на оба замка. Смотрю на мобильный и все жду, когда мама или Влад позвонят. Телефон молчит, это пугает еще больше.

Слабая надежда, что они меня все же услышали и поняли, что лучше оставить в покое.

Захожу в комнату, и “падаю” в живопись.

— Поль, ты чего замуровалась? Я еле сообразила, почему дверь не открывается.

Я так увлеклась, что не услышала, как вернулась Катя.

— Сегодня днем были приключения, — не хочу вдаваться в подробности.

— А у меня для тебя подарочек. Вернее, гонорар! Первый гонорар художника, — Катя выкладывает передо мной шесть пятитысячных купюр.

— Ого! — от удивления я расплываюсь в дурацкой улыбке. — Это точно не твоя идея, чтобы меня поддержать?

— Поль, ты чего!? — она обижается так искренне, что я спешу извиниться.