Она смотрела на меня с хищным прищуром дикой кошки, и клянусь, если бы не природная выдержка, которая напрочь отсутствовала у Алекса, драконица напала бы на меня. Я знатно подпортила ей кровь, и ни капли не жалела об этом.

— Леди Годен, — Элли встала передо мной, загородив спиной. Только вот что мы можем сделать против такого сильного противника?

— Элли, не нужно, — я положила ладонь на плечо сестры. — Другого выхода всё равно нет.

— Ты не права! — парировала Элли. — Помнишь, что ты сказала? Выход есть всегда!

— Я всё решила, — холод моего тона немного отрезвил сестру, и она сделала шаг в сторону.

— Взялась за ум, наконец? — голос драконицы трещал, словно раскалываясь на части. — Думаешь не поздно? — женщина прищурилась.

— Раз вы здесь, то не поздно. Но для начала мне нужно с вами поговорить наедине. Обсудить, так сказать, моё положение и положением моей семьи.

— Сразу взялась за дело?

— Хочу побыстрей со всем покончить! — отчеканила я и направилась в дом. Я буквально кожей ощущала взгляд леди Голден. Она дыру во мне была готова прожечь. Однако я пока была ей нужна.

Когда я вошла в дом, то почти сразу встретилась с мамой, но с ней я даже не поздоровалась, просто прошла мимо, направившись на второй этаж в кабинет отца.

— И о чём ты хочешь поговорить? — когда дверь кабинета закрылась, спросила драконица, вальяжно усевшись в папино любимое кресло.

— Вы подставили моего отца!

— Ты смеешь обвинять нас? — театрально охнула леди Голден. — Это верх наглости.

— Я знаю что это вы. Поэтому ставлю условие. Я выйду замуж за Алекса, отчислюсь из академии, а вы оправдаете моего отца и вернёте все его деньги. Напечатанный в газете заголовок о его аресте будет опровергнут, ему вернут его доброе имя. Полагаю, вам в семье не нужен мошенник.

— Думаешь, что я соглашусь на это?

— А что вам терять? Я готова признать свою вину в срыве свадьбы. Готова пойти к алтарю с вашим сыном и дать клятвы. Готова навсегда заткнуть свой рот. Никто никогда не узнает, что он сделал.

Драконица встала, осмотрела кабинет отца, что-то буркнула себе под нос, а потом подошла ко мне. Стоять спокойно и сохранить хладнокровие под её пристальным и давящем взглядом было немыслимо сложно, но я справилась.

— Репутация клана Золотых больше не будет подвергаться сомнению, — продолжила я, приподняв подбородок. — Ваш сын станет королём всего Драконьего континента. Вы ведь этого жаждите больше всего — посадить Алекса на трон.

Пенелопа Голден хранила молчание, но я по глазам видела — всё так, как я сказала.

— Я прошу о таком малом — освободить отца и оставить нашу семью в покое. Взамен вы увидите наследников, увидите сына на троне.

— Хорошо, — женщина заглянула мне в глаза. — Я освобожу его. Раз ты так просишь.

От сердца у меня тут же отлегло.