Я резким движением положила стопку одежды на стол и вышла из кабинета в приемную, в дверях которой завязывалась небольшая потасовка, охранник и босс пытались не пустить внутрь моего мужа, который рвался и что-то кричал. За закрытыми дверями кабинета было не разобрать слов, а когда я вышла — все замолчали и уставились на меня.

Наверное, это было не очень честно по отношению к шефу и жестоко, по отношению к Виталику. Но я никак не могла забыть то, что увидела в его кабинете и трусики на люстре. Теперь я знаю, что если в огромной мужской рубашке, перехваченной ремешком, расстегнуть пуговки до ремешка и не надевать белье под нее — вид будет совершенно ошеломительный.

По крайней мере в дверях все замерли и замолчали

Глава третья

Наверное, эту сцену в приемной я не забуду еще очень долго. Отличительной особенностью шефовского кабинету было огромное панорамное окно и стеклянная стена в приемную, сквозь которую видно было почти все, что происходит внутри. Дверь и часть за ней, где было “личное” пространство шефа были из дерева, так что мое появление отчасти для мужчин было сюрпризом, а дальше началось представление. Как будто сама природа подыгрывала мне — дождь прекратился и приемную заливал солнечный свет, а когда я открыла дверь, то пусть и одетая, я была все равно что голая. Солнечный свет проходил сквозь одежду насквозь, не открывая лишнего, но будоража воображение, четко очерчивая под одеждой контуры моего тела.

Все уставились на меня, Камиль покраснел и быстро отвернулся, шеф длинно выдохнул и сглотнул, подбирая упавшую челюсть, а Виталик…

Мой муж стал наливаться краснотой и сделался с лица похож на маску китайского воина в ярости.

— Вот значит как, — прошипел он сквозь зубы, — я тут пришел тебя утешать, а ты, оказывается, уже отлично утешена и даже наверное не раз."

"Я бы, наверное, обиделась на такой наглый поклеп, но тут шеф все испортил. Он натурально офонарел, застыл, потом отфонарел обратно и без обиняков двинул Виталику по морде. Того снесло от двери на пару метров: Станислав Александрович хоть и был ниже моего мужа на голову, зато превосходил его по ширине плеч и обхвату бицепсов. Виталик же, не долго думая, решил дать шефу сдачи и завязалась драка, короткая, но зрелищная. Мы с Камилем сначала ошалело переглянулись, а потом он бросился разнимать дерущихся, а я за распылителем для цветов.

Брызгая в лица дерущимся мужикам из водой из пульверизатора я испытала ни с чем не сравнимое удовольствие. А когда их наконец-то разняли я уже стояла одетая и обдав обоих презрительным взглядом, развернулась и ушла, демонстративно проигнорировав несущиеся мне в спину вопли.

Домой идти не хотелось. Там все еще лежала умершая пальма, которую я в одиночку не смогла вытащить на помойку.