Мой стилист постоянно говорит, что я не слежу за трендами, но моя голова чаще забита дизайнерскими штучками. Я с удовольствием изучаю новинки в интерьере, новые направления. Одежда и все эти модные аксессуары для меня на втором месте.

После того как с прической и ногтями закончено, прохожу к витаминному бару, собираясь выпить коктейль. Здесь всегда свежие овощи и фрукты и скоро я получаю свой напиток. Пока наслаждаюсь вкусом, меня кто-то мягко трогает за плечо и садится на соседнее кресло за мой столик. Поднимаю удивленный взгляд, здесь не принято нарушать покой клиента. Салон очень дорогой, находится в самом центре Москвы. Ценник заоблачный и я отлично знаю владелицу. Да и меня тут знают давно. Я не конфликтный человек, но это впервые.

Напротив меня сидит девушка, худая, с каким-то несчастным лицом. Рассматривает внимательно, жадно. Из-под синего берета выбилась прядь русых волос, глаза потухшие, какие-то мертвые.

– Вы что-то хотели? – хмурюсь я, разглядывая недорогое серое пальто, сумку, что девушка теребит в руках. В таком салоне нечасто увидишь людей с другим уровнем жизни.

– Вы Анжелика, да? – спрашивает девушка хрипло.

– Допустим, – делаю знак своему охраннику, что уже намеревается подойти ко мне. Тот хмурится, но подчиняется.

– Это я вам звонила всю неделю, – признается девушка, – Меня Маша зовут.

– Зачем звонили?

– Я хочу продать вам ребенка, сына вашего мужа, – произносит Маша, а у меня падает стакан из рук, разбиваясь на белом плиточном полу на острые осколки.

Глава 3

Стою у зеркала, осматривая себя. Платье в пол, серебристая ткань из пайеток сверкает, переливается. Длинные волосы пепельного цвета забраны вверх и спускаются локонами на греческий манер. Одно плечо открыто, сверху ткань обтягивает как вторая кожа, подчеркивая мою небольшую, но очень красивую грудь. Ее так любит ласкать Артур. Может просто лежать, обводить пальцами соски, нежно сжимать, касаться губами.

Артур… Я в шоке. Не помню, как убежала из салона, забралась в машину и сидела, забившись в угол, дрожа как мышка. Охрана не понимала, что со мной, а я не могла им сказать. Я, словно как в тумане видела, что Маша ушла. Вышла из дверей и, воровато оглядываясь по сторонам, скрылась. Она сломала мою жизнь. Она убила меня. Всего лишь одним словом, одной фразой.

– Я не буду рассказывать вам подробности измены, – голос Маши становится смелее.

Она видит, что я ничего не делаю, чтобы остановить поток ее слов, поэтому выпрямляется, садится удобнее. Руки перестают подрагивать.

– Да, у меня есть сын от вашего мужа.

– Сколько… – я пытаюсь выдавить слова, но голос слушается меня с трудом.

– Сколько мой ребенок стоит? – переспрашивает девушка и я морщусь.