– Он делает глоток и продолжает, - перелома нет. Только растяжение. Ногу я ей перебинтовал. Пусть спит, я думаю сон продлиться до утра, или даже до середины завтрашнего дня. Как проснется – строго постельный режим. Хотя бы на пару дней. Ну, как раз впереди праздники, есть время отлежаться и постараться ногу не тревожить. Если отек спадать не будет – тогда на рентген, на всякий случай. Но, на первый взгляд, все в порядке. Так что через два-три дня, будет ваша учительница бегать, как и прежде. И если какие-то вопросы будут – сразу звоните.

- Спасибо, Борис Маркович! – благодарю врача. – Я вас провожу.

- Нет, нет! Отдыхайте. У вас тоже был стресс. Я бы вам даже рекомендовал чего-нибудь покрепче чая, в разумных дозах, конечно, и отдыхать! Доброй ночи!

- Я провожу – поднимается Степан за врачом, – и заодно ворота закрою.

- Спасибо, - я тоже встаю и иду в коридор.

- Алексей Васильевич, ужин готовить? - спрашивает Людмила. - Что хотите?

- Нечего. Я не голоден. Если что, я у себя в кабинете.

Направляюсь в кабинет на первом этаже, но решаю свернуть в гостевую спальню, посмотреть, как Марина. Тихо приоткрываю дверь и захожу в комнату.

В углу тускло горит ночник. Маринины вещи сложены в кресле: юбка и пиджак, блузку врач предусмотрительно с нее снимать не стал. Только расстегнул ворот пошире.

Она лежит на высокой подушке, прикрытая одеялом. Я слышу ее ровное дыхание и медленно подхожу к кровати. Ловлю себя на мысли, что снова хочу прикоснуться к ней. Взять ее ладонь в свою руку, погладить тонкие пальцы. Останавливаю себя. Она может очнуться, лучше пусть спит. Марина шевелится во сне, и я отстраняюсь. Мой взгляд падает на ворот блузки, который так заманчиво приоткрыл ее грудь. Нежная белая кожа словно светиться в темноте.

Дверь тихо открывается, и я делаю резкий шаг назад. На пороге стоит Людмила с подносом.

- Водички принесла. – шепчет она. – Вдруг ночью очнется. Да вы идите, ложитесь. Я послежу, посижу рядом. Мне не сложно. Если проснется, расскажу где она. Или вас позову.

- Да, - соглашаюсь я, - если она проснется, будите меня. В любое время.

Иду к дверям и останавливаюсь.

- Людмила, посмотрите ей что-нибудь из вещей, вдруг она захочет переодеться, когда очнется.

Людмила кивает и вежливо, но настойчиво выпроваживает меня из спальни.

Захожу в кабинет, открываю бар, беру стакан. Так, что там доктор прописал? Наливаю себе виски на два пальца и сажусь в кресло перед камином. Делаю глоток, терпкий вкус расплывается по горлу и опускается в желудок.

Почти полгода эта женщина не выходила у меня из головы. А сейчас она спит в моем доме, на моей… ну ладно пусть не на моей, кровати, но все равно в двух шагах от меня.

Интересно, то что она сказала в машине, это правда? Неужели Глеб может поступить с ней так? Я мало его знаю, но и на истеричку она не похожа.