Любое в пределах разумного, что сын просто скопирует отца, и будет у тебя два коршуна в охране. Маленький и большой, - выдала я ей фразочку, после которой раздался ее громкий крик.

- Миша! Не смей приближаться к сыну. Мне не нужен второй тиран в доме! – всполошив мужа так, что за пределами видимости камеры что-то упало, Летта попрощалась со мной, потому что Мишка пришел выяснять отношения.

И это было не все. Вчера мы с женщинами пекли пироги, делали торт, который неуклюже украсила кремом Алика, болтали с сестрой Дамира. С Анной Викторовной вообще было легко «спеться», как сказал мухомор, который хоть и не принял меня, но все же стал терпимее.

Не знаю, что перевернулось в его сознании, но больше он не задевал меня. Хотя, скорее всего его поведение связано с судьбой дочери. Отцы семей смотрели друг на друга волком, а Старшая Байсарова игнорировала наше общество днем. Что ж, надеюсь, что Самиру Рустамовичу удастся договорится с родственниками, чтобы молодые пожили отдельно."

"Завтра третий день. Дамир должен вернуться. Хочется верить в это, потому что он не звонил, лишь один раз написал сообщение: «Скучаю». Пыталась выпытать хоть что-то у охранника, но он не раскололся.

- Мне не положено распространяться. Простите госпожа и не волнуйтесь, с господином все хорошо.

Ух как я злилась, когда услышала такой ответ. Просто невозможные мужчины. Один молчит. Второму не положено. А маленькой мне что делать? Я очень волнуюсь за него. Сердце не на месте. Кажется, что-то кто-то просто обязан войти в дверь и сказать, что что-то случилось.

Смотрю на задний двор, где прогуливаются Хасановы старшие о чем-то разговаривая, и вздрагиваю, когда в дверь стучат. В голове пролетает тысяча мыслей, прежде чем в проеме появляется голова Амы.

- Прости, можно к тебе? Хотела поболтать, если не против, - она застывает в нерешительности.

- Конечно, - киваю ей на диванчик в углу комнаты, и ее лицо озаряет улыбка. – У тебя все хорошо?

Понимаю, что нет, ведь Батуру только сегодня стало легче и завтра утром ей разрешили его навестить, но спросить должна. И не из банальной вежливости. Хочу, чтобы она воспринимала меня как друга, а не просто как ту, кого выбрал брат.

- Милана, я. Мне не удобно. Но может… - запинается, не зная, как начать разговор.

Накрываю ее ладошки своими, и стараюсь поделиться теплом, что есть во мне.

- Ама, если это на счет вас с Батуром, то я не знаю, чем вам помочь, - честно говорю ей, от чего ее плечики опускаются. – Вы семья, в которой свои традиции и устои. Плюс живете с его семьей. Я не знаю его, но я успела немного узнать тебя. Если у твоего отца получится убедить сторону мужа, отселить вас, все изменится.

- Но он, он хороший, только…

- Гуляка, - заканчиваю за нее, на что девушка кивает. – Амочка, это не приговор.