Самир Рустамович вывернет все в свою пользу, а Дамиру придется выбирать.

Глава 23

Дамир

– Думаешь это предупреждение? – Амир вместе со мной забирает вещи зятя.

– Уверен. Авария не случайна. Просто так тормоза у наших машин не отказывают. Повезло, что так легко отделался. Починят быстро, – внутренне меня колотит, а внешне спокоен.

Голос врача до сих пор не идет из головы. Сотрясение, переломы, кровопотеря от осколков. Один, вообще, чудом не задел крупных артерий. Но и тех ран, что он получил, оказалось достаточно. Сумасшедший, снова лихачил, пользуясь моментом, что сестры и племянницы не было в салоне.

Когда выздоровеет, будет серьезный разговор. Пора забывать это ребячество. Он муж, глава семьи. Я не хочу, чтобы Ама стала молодой вдовой однажды.

– Это уже чересчур. Понимаю, что и Батур не подарок. Но это переходит все границы. Вмешиваться будешь?

– Да, но попроси своего юриста срочно подготовить документы о передачи бизнеса и назначь встречу с мужем Милы на вечер. Мне нужно успеть с ним поквитаться до всего этого. Думаю, ему уже не по плечу такая ноша. Да?

– Я тебя понял, брат. Поезжай к ней, уверен, твоего отца она не осилит, а он тот еще, сам знаешь кто.

Я разберусь и скину сообщение.

– Спасибо. До вечера.

Знаю я, кто мой отец. А еще знаю, что после бессонной ночи в клинике мне предстоит такой же бессонный день, ведь нужно успокоить Милу, встретится с ее мужем, а между этим назначить встречу тому, кто отравляет нашу жизнь. Вернее, с тем, кому Батур перешел дорогу своей упертостью, а мы все пожинаем плоды.

Но домой приехать так и не удается. Созваниваюсь со своей личной службой безопасности и приказываю вывести семью в родительский дом, сам поехал в дом к Аме.

Лично сказал ей о случившемся. Столько слез я еще никогда от нее не видел. Любит она этого мальчишку, и это плохо. Он о ней не думает, а он для нее – вся жизнь.

Пусть только придет в себя, объясню по-простому, как можно, а как нет. Раз его семья не смогла вырастить из него мужчину и понадеялась, что брак заставит его успокоиться, то его воспитаю я. Надоело все. Долго стоял в стороне, прислушиваясь к мнению своей семьи, что мы Амалию отдали и они сами наладят быт. Не наладили, потому что у кого-то в голове, вместо мозгов, солома.

Мальчишке на все плевать.

А мне нет. Почти до самого вечера спорю с родственниками. Они не признают всю степень опасности, на которую обрек нас их отпрыск. Даже пришлось тон повысить, от чего внутренне покоробило. Все же в отцы годится, а я так.

– Азиз Каримович, если вы не хотите сохранить свою жизнь, доверив это мне, как самому компетентному в семье, я не буду вас заставлять уезжать, но свою сестру и племянницу подставлять под удар не позволю. Как бы я вас не уважал, но есть вещи куда важнее вашей гордыни и слепой любви к сыну.