Да почему же, чёрт возьми, он говорил об этом сейчас!

Сейчас, когда между нами всё так непросто, тяжело и запутанно! Когда мы на пороге очевидного для обоих решения — сдаться под гнётом взаимных обвинений, лжи и непонимания.

— Герман, ты ни в чём меня не разочаровывал. Никогда. Ни в чём, кроме… кроме всего, что случилось недавно, — слёзы подкатили к горлу до того неожиданно, что я едва не поперхнулась.

Крепкие руки усилили хватку, заставив меня невольно охнуть.

— Я… я не знаю, что сегодня с тобой произошло, но…

— Мне плевать, — оборвал меня муж и зарылся лицом в мою шею.

 — Мне плевать.

Его дыхание обжигало мне кожу.

Моя голова начинала идти кругом. Я отказывалась что-либо понимать.

— Я н-не… н-не понимаю…

— Не могу тебя отпустить. Кого угодно… не тебя. Даже если… даже если что-то и было. Я забуду. Я…

— Что?.. — его последние слова выдернули меня из водоворота безумия. — Что ты сказал?..

— Если даже ты изменила…

Мысль оформиться не успела, а тело уже реагировало. Я со всей силы лягнулась, вырываясь из объятий мужа. Эффект неожиданности сработал — он пошатнулся и отступил.

Так вот как он рассудил… Снизошёл до того, чтобы простить.

Простить несуществующую измену! А мне посоветует так же, наверное, поступить?

Внезапно вспыхнувшее между нами желание безнадёжно разрушилось, разлетелось осколками, истаяло в пыль.

— Уходи, — не в состоянии сдержать дрожь, я снова отвернулась к столу. — Убирайся! Видеть тебя не хочу. Ни видеть, ни слышать!

Глава 35

Твою-то мать…

Герман привалился к столу, пережидая, пока утихомирятся захлестнувшие его ощущения.

Он терял контроль — стремительно и окончательно.

Способность ясно мыслить покинула его ещё с тех пор, как в голову принялись лезть первые подозрения после того грёбаного корпоратива.

Сейчас… сейчас всё было во сто крат хуже.

Но.

Он её терял. Он понимал это теперь со всей отчётливостью.

И если в ближайшее время не распутать этот адский клубок страхов, сомнений, ложной информации вперемешку с недосказанностью… чёрт знает чем это может закончиться.

А то, что сейчас он принялся распускать руки, окажется ещё цветочками.

Он слышал, как далеко наверху хлопнула дверь её спальни, оттолкнул себя от стола и побрёл в кабинет.

Он не собирался к ней прикасаться, он вообще не думал об этом.

Он вышел на кухню, устроив себе перерыв, пока пересматривал добытые людьми Ильмина полные записи с камер видеонаблюдения. Он всего-то хотел добыть себе стакан воды.

Но Лиля оказалась на кухне.

И этот простой факт неожиданно выбил его из колеи.

Вот она, деловито роется в холодильнике в поисках позднего ужина. Их огромный дом замер в дремоте, свет везде потушен, кругом уютная тишина.

Всё как всегда. Ничего не случилось.

И как бы ему, чёрт возьми, хотелось в это поверить.