– Зашибись.

Андрей сидел на полу, опустив голову, и молчал.

– Я надеюсь ты понимаешь, что сегодня закончилась наша семейная жизнь?

Он кивнул.

– Отлично.

Меня душил спертый воздух комнаты, наполненный её духами и страстью. Хотелось выйти, сбежать куда-нибудь подальше. Я схватила ключи от машины и выбежала их квартиры. Не помню как оказалась на первом этаже, вылетела на улицу и села в нашу старенькую тойоту. Подальше. Подальше отсюда, от этого дома и людей. Я гнала, не замечая как стрелка спидометра приближалась к ста километрам, пролетела несколько красных светофоров, не обращая внимания на знаки и предупреждения. От столкновений спасало невысокая загруженность дороги и выбранное направление. Через десять минут я уже гнала по загородной дороге, подпрыгивая на каждой кочке. Скорость снизилась, очередная яма привела меня в чувство. Я остановила машину и вышла. На улице уже похолодало, мокрый асфальт покрылся тонкой коркой льда.

Куда идти? Куда ехать? Что делать дальше? Мысли кружили над головой словно вороны, не давая ясно мыслить. Надо было как-то отвлечься, с кем-нибудь поговорить. Своему самому дорогому человеку, бабуле, я позвонить не могла, она бы сразу поняла по голосу, что у меня всё плохо и в каком я состоянии. Маме? Да ей плевать, как это было всю жизнь Подруге… единственная настоящая подруга жила в Братске и у неё сейчас уже была глубокая ночь.

Я держала телефон в руке и без конца листала телефонную книгу, но довериться сейчас кому-то из списка не могла. В шторке висело куча пропущенных, я зашла в звонки, все пропущенные были от Андрея. Интересно он звонил из-за того, что переживал за меня или за свою машину? Слышать его голос сейчас совершенно не хотелось. И когда я уже решила, что эту боль придётся переживать одной, среди входящих на глаза попался пропущенный от Дмитрия Ивановича, когда он на работе посылал дозвон. Не долго думая, я набрала ему смс.

""Если ещё всё в силе давай где-нибудь посидим"". Постояла, подумала, стёрла.

Опять попыталась набрать смс, но вновь стёрла. Да я была злая, злая на мужа, но, видимо, здравый смысл, который уже вернулся на место услужливо подсунул любимую бабушкину фразу: ""На эмоциях лучше не принимать решений"". Я уважала её советы и старалась им следовать, но сейчас впервые мне хотелось сделать не так как требуют правила, этикет и чёртова мораль. Боль из груди никуда не ушла и мне нужно было её выплеснуть.

Часы показывали восемь, на улице уже смеркалось и похолодало. Просёлочная дорога, смесь грязи щебня, покрылась тонким льдом, который хрустел под кроссовками. Руки замёрзли и я села в машину. Вновь посмотрела на телефон и решительно набрала Дмитрия Ивановича. От волнения стало сложно дышать, сердце стучал где-то в горле пока я слушала гудки.