— Номер дома? — это снова мне.

— Восемнадцать. — я так и не подняла на него глаза. Сидела, и как дура рассматривала свой маникюр.

— Я там живу… Жила…Буду жить. — вдруг пустилась в объяснения, поражаясь своему смущению и напавшей на меня болтливости. Похоже, потрясения последних недель неблагоприятно отразились на моей психике. Решив не сдавать позиций, я с вызовом продолжила:

— Там жила моя бабушка. Она была балериной Большого театра и эту квартиру ей подарил поклонник. А она оставила ее мне. — я все-таки подняла на Платона глаза, уверенная, что увижу на его лице насмешку и готовая ответить какой-нибудь колкостью.

Вместо этого встретилась с нечитаемым взглядом, в упор рассматривающим мое лицо.

— Значит, вы богатая наследница? — уголки его губ чуть дрогнули в подобии улыбки. — Рад за вас.

Остаток пути мы ехали молча. Платон Александрович что-то читал и печатал на своем ноуте, разговаривал по телефону и больше не обращал на меня никакого внимания. Ну и отлично, мне с ним в гляделки играть вообще не с руки.

Так что я откинулась на сиденье, удобно примостив затылок на кожаный подголовник. Закрыла глаза и принялась анализировать ту большую и толстую попу, в которой оказалась, сама не поняв как…

Глава 3

— Павлиша-а! Ты смотри, как похороше-ела! — в своей привычной манере, чуть растягивая слова, восклицала Маша, моя давняя подруга еще со школьных лет. — Нет, что ни говори-и, а жизнь в Англии пошла-а тебе на пользу.

— Это точно. Язык довела почти до совершенства и научилась есть зеленый горошек вилкой, с чопорным видом накалывая по одной горошинке. — захохотала я.

— Ой, Машк, как же я рада тебя видеть. — и мы от души обнялись.

Пока мы занимали столик в пафосном ресторане авторской кухни, который для встречи выбрала Маша, пока ждали заказанную еду и болтали о своем, девичьем, я с интересом разглядывала подругу."

"За тот год, что мы не виделись, она изменилась: еще больше похорошела, добавила себе светского лоска и какой-то снисходительности в обращении.

— Ты сменила прическу, Машуль? — отметила я. — Тебе очень идет. Выглядишь как настоящая светская львица, какой ты всегда хотела быть.

— Ой, Павлиша, я теперь считай она и есть. Львица, в смысле. — легко рассмеялась подруга.

— Я тебе не рассказывала, боялась сглазить, но… — она замолчала, выдерживая интригующую паузу, и таинственно сообщила. — У меня появился мужчина.

— Маш, а что были в твоей жизни периоды, когда у тебя не было мужчины? — непочтительно фыркнула я, лишая ее заявление всякой торжественности. — Я помню моменты, когда у тебя их было и по два-три одновременно. Причем, ты умудрялась встречаться с ними так, что ни один не догадывался, что у него есть соперник. Соперники.

Подруга звонко расхохоталась.