Он, безусловно, преступник — пусть и обёрнутый в графскую мантию…

Замер с задумчивым видом и выдохнул.

— Но не это главное, — продолжил Райнхард. Он остановился у камина, повернувшись ко мне, и смотрел пристально. — Главное то, что я нашёл… нечто вопиющее.

Я затаила дыхание.

— Увы, леди, ваши родители… в прямом смысле продали вас ему. И это не просто так….

Глава 57

Шокирующее прошлое

Принц сделал несколько шагов по ковру и замер, глядя в окно. Свет от фонарей на улице отбрасывал на его фигуру тонкую тень, и маска на лице казалась вдруг особенно неуместной — словно она скрывала не просто лицо, а всё существо человека.

— То, что я узнал, — начал он наконец, — не просто печально. Это преступно. Гнусно. И, увы, касается вас напрямую.

Я затаила дыхание. Сердце стучало медленно, с гулким эхом в ушах.

— Всё началось с одного имени, — продолжил он, понизив голос. — Эммануэль де Рейн…

Имя прозвучало знакомо, но я не знала, почему. Я нахмурилась, ожидая, что Его Высочество объяснит.

— Он был младшим братом барона Лансера, вашего… отца. Намного младше — лет на пятнадцать, если не больше. Эммануэль был живым, ярким, блистательным юношей.

Женщины сходили по нему с ума, а мужчины то завидовали, то презирали за легкомыслие. Он любил балы, скачки, дуэли, вино. Все удовольствия — сразу и без меры. Но однажды… он влюбился.

Принц медленно повернулся ко мне и взглянул — или мне показалось? — с оттенком сожаления.

— Её звали Луиза. Дочь обедневшего дворянина. Красивая, скромная, простая. Она полюбила его в ответ. Но её отец, человек строгих принципов, отказался благословить брак с таким повесой. И тогда Эммануэль… увёз её. Просто увёз, как в романах — на рассвете, с одной сумкой и обещаниями до самой смерти.

Я всё ещё молчала. Руки дрожали, но я прижала их к коленям. История выглядела драмой — чужой и далёкой, и я никак не могла понять, каким образом она относится ко мне.

— Луиза забеременела. Родила девочку — прелестную, здоровую. Эммануэль пытался быть хорошим мужем, отцом. Он даже нашёл работу — телохранителем при одном из герцогов. Жизнь была скромной, но честной. До тех пор, пока однажды ему не встретился юноша по имени Себастьян де Орно.

Услышав это ненавистное имя, я напряглась, вся, до последней жилки.

— Да, — подтвердил принц, заметив мою реакцию. — Он был тогда всего лишь подростком, но уже… опасным. Дерзким, наглым, жестоким. Между ним и виконтом вспыхнула вражда, причин которой нам уже, пожалуй, не узнать.

Голос принца чуть дрогнул. Он замолчал на мгновение, будто подбирая более красноречивые слова, хотя куда уже красноречивей?"

"— По неподтверждённым, но весьма правдоподобным сведениям, — продолжил принц с неожиданно горьким вздохом, — однажды Себастьян… ворвался в дом виконта. Тот был на службе.