Отпечатком пальца снимаю блокировку с экрана мобильного телефона и звоню на первый номер из папки «Избранные».

— Да, — Назар принимает вызов буквально на втором гудке, дыхание у него сбито.

Звуки открывающихся/закрывающихся дверей отчетливо слышны на заднем фоне.

— Ты совсем ополоумел, Гор? Совсем крыша с катушек слетела на фоне осеннего обострения? Что за новый уровень гиперконтроля? — бегаю по комнате словно загнанный зверь, рыскаю по шкатулкам и ящикам в поисках запасного ключа. — Кто тебе дал право ограничивать мою свободу? Немедленно открой двери!

— Какие еще двери, Каролина? — Назар прекращает куда-то бежать.

— Те, которые ты вынес плечом.

— О чем ты вообще? Говори нормально! — повысив голос, командует раздраженный супруг.

Цепляюсь за его эмоции, я зверею еще больше.

— Имей в виду, если Мария сейчас не откроет эту чертову дверь и не выпустит меня из спальни, то я вылезу отсюда через окно.

— Каролина, ты говоришь какую-то ерунду. Никакие двери я не замыкал.

— Тогда почему спальня заперта на ключ? — колочу еще и еще в запертые двери, опять взываю Марию к диалогу. — Именно в тот момент, когда ты умчал к этой су…

— Где мальчик? А врачи? — доносится в динамике.

Понятное дело, что вопросы Горского адресованы уже не мне. Дрожащий голос Баженовой словно бритвой проходится по моим внутренностям. Не получается разобрать, что она отвечает моему мужу.

Да и мне плевать. Я все равно не верю ни единому слову из её уст. Эта женщина введет двойную игру. А еще она больная на голову. Потому что в здравом уме никто не будет скрывать информацию об общем ребенке, чтобы потом спустя года появляться перед отцом ребенка с требованием большой суммы денег.

— Повторяю, я ничего не трогал, — из размышлений меня вырывает громкий голос Назара. — Успокойся и не пори горячку. Я перезвоню тебе через пол часа.

Горский сбрасывает звонок так же быстро, как и ответил на него.

— Козел, — ругаюсь я, глядя в цветной экранчик.

Смахнув рукавом кофты одинокую слезу, я набираю номер домработницы. Расхаживаю по комнате, сжимаю пальцы, кусаю губы. Нервно тарабаню ногтями по деревянному изножью кровати.

Даже на десятый гудок никто не принимает вызов. Я очень надеюсь, что Мария просто забыла включить звук в своем мобильном, и не исполняет дурацкие наказы Горского. Не хочется разочаровываться еще и в ней.

Приходит сообщение от диспетчера, машина ждет меня у ворот дома. Чертыхаюсь и прячу телефон в сумочку. Одним рывком раздвигаю шторы в разные стороны. Открываю окно и высовываюсь до пояса на улицу.

Плечи мгновенно покрываются мурашками от холода. Смотрю на козырек крыши первого этажа. Наклон тут не слишком большой, а значит я не должна при первом шаге скатиться кубарем вниз.

Возвращаюсь к шкафу за верхней одеждой и обувью.