Отросшая челка спадает на высокий лоб мужа, блики красного пламени отражаются в его глазах.

— Это всё для меня? — шмыгаю носом и опускаюсь на ковёр рядом с Назаром.

Скольжу рукою по мягчайшему искусственному ворсу.

— А разве тут есть кто-то еще? — улыбнувшись, переспрашивает муж.

Сжимая губы, отрицательно верчу головой. Опускаю взгляд на гитарный гриф. Не могу вспомнить, когда последний раз видела, как Назар берет в руки свой акустический инструмент. А ведь раньше, когда мы только съехались, он достаточно часто по вечерам играл на гитаре в своем кабинете.

Раньше…

Как зачарованная смотрю на умелые пальцы супруга, воспроизводящие знакомую лирическую мелодию. Наслаждаюсь треском горящих поленьев в сочетании со звуком музыкального инструмента.

На последнем аккорде Назар откладывает гитару в сторону, и я тут же бросаюсь к нему на шею.

— Я очень скучала. Последние недели были невыносимы.

Мягкие губы супруга накрывают мой рот, длинные пальцы зарываются в мокрые волосы. Он давит на затылок, я глажу его плечи. Забираюсь к любимому на колени, в попытках стать ещё ближе.

— Не пропадай так, пожалуйста. Мне одиноко без тебя, — приговариваю я, расстегивая пуговицы мужской рубашки.

— Постараюсь.

Стону от удовольствия, когда удается коснуться кожи мужа. Скольжу пальцами по напряженным мышцам пресса. Назар стаскивает с моих плеч кардиган, заползает рукой под тонкую майку. Очерчивает ребра, движется вдоль позвонков по спине.

Кусаю гладко выбритый подбородок, впиваюсь ногтями в спину.

— Эй, полегче, львица, — отстраняется Горский, запрокидывая голову.

Скольжу языком по оставленному следу.

— Наказание из-за того, что расстроил меня. — ещё один болезненный отпечаток зубов оставляю на плече Назара. — Увидеть среди встречающих Илью было очень неприятно.

— Прости.

Назар поддевает пальцами застежку бюстгальтера. Скользит под кружевной тканью, пробираясь к чувствительным местам.

— Я испугалась, что ты променял меня на Баженову.

— Что за чушь? — остановившись, хмурит брови Горский.

Волоски на коже становятся дыбом. Хожу по краю, вспоминая о другой женщине в такой момент. Но я должна сказать вслух о том, что меня волнует. Иначе это съест меня живьем."

"Две недели путешествий, где я была предоставлена сама себе, где не у кого попросить помощи или совета. Я дважды блуждала по станциям метро, пока удалось совладать с паникой. Я отвыкла от времени, когда мы с Назаром можем быть порознь.

Не могу без него. Он врос мне под кожу. Он часть меня.

— Между нами все так изменилось с момента её появления.

— Неправда, — теплые губы касаются шеи. Скользят по ключицам.

— Правда. — Киваю, глядя на потолок, где играют тени каминного пламени. — И дело даже не в вашей связи. — Глотаю ком, перекрывающий горло.