— Слишком молод чтобы понять. Будет мешать — убьем его.

Елисей засмеялся:

— Убить верховного Чанкра? Это не так просто как тебе кажется. Демоны не могут этого сделать.

— Зато ты можешь! — Прошипел Асмодей и наклонился к лицу Советника. Кожа Чанкра посерела от страха.

— Ты убьешь его, если он начнет нам мешать. Или я перестану кормить тебя!

Елисей поднялся с пола и задумчиво посмотрел на демона.

— Убью, если ты прикажешь. Но ты знаешь, что я не воюю с Чанкрами. Это не в наших правилах, нас и так слишком мало.

Асмодей сгреб Чанкра за шиворот.

— Прикажу! Уже приказал! Убьешь, если понадобится.

Никогда не забывай, чем ты мне обязан. Я вытащил тебя из костра еще сотни веков назад. Я вернул тебе зрение и дал безграничную власть. Я забочусь о том, чтобы ты не сдох с голоду. Я — твой хозяин и ты сделаешь, как я скажу.

Два жарко сплетенных тела извивались на ковре у горящего камина. Комнату наполнили стоны и вздохи, тихий шепот и страстные звуки плотской любви. Черные волосы мужчины смешались с длинными шоколадными прядями женщины. Белое нежное тело, вздрагивало под смуглым мускулистым. Стройные ноги обвили торс любовника.

Когда последние судороги экстаза затихли, а в комнате слышался лишь звук потрескивающих в огне поленьев, женщина встала с ковра, и подошла к окну, на ходу набрасывая легкий шелковый халат. Мужчина приподнялся на локте, провожая ее восхищенным взглядом синих пронзительных глаз.

— Иди ко мне. Я скучал. Я не видел тебя чертовых пять недель. Полежи со мной. Дай почувствовать тебя. Я все еще испытываю голод по твоему телу.

Женщина обернулась и улыбнулась мужчине.

— Я люблю смотреть на рассвет. Ты же знаешь. С тех самых пор как мы его начали встречать вместе.

Мужчина молниеносно оказался рядом, обернутый в простыню, до пояса. Обнял женщину сзади и прижал к себе.

— Я все еще не привык, что ты моя жена. Моя Марианна. Только моя.

Марианна вдруг насторожилась:

— Ты слышал?

Николас целовал ее шею прямо за мочкой уха и тихо ответил:

— Нет, а что я должен услышать? Я слышу только биение твоего сердца.

— Шорох, скрип. Кто то открыл окно. Вот снова.

Марианна отстранилась и посмотрела вдаль.

— Это в комнате Камиллы.

Через несколько секунд они уже стояли в маленькой спальне и, замерев, смотрели на дочь.

Девочка балансировала на подоконнике. Зимний ветер развевал шелковую белую ночнушку.

Ник было рванул к девочке, но Марианна удержала его за руку.

— Тихо. Она в трансе. Она нас не слышит и не видит. Я уже наблюдала это несколько раз за последние недели.

— Что значит в трансе?

— Не трогай ее сейчас, сам услышишь. Она все расскажет.

Они смотрели на ребенка, а девочка застыла на самом краю подоконника. Она словно сопротивлялась какой то неведомой силе, которая манила ее за собой.