Раздвинула шире ноги, сделав движение бедрами вперед, впуская глубже в себя, и прошептала слегка задыхающимся шепотом:

— Саш… Я тебя люблю…

Запустила пальцы в волосы на затылке, погладила, любуясь на умиротворенное и мечтательное выражение его лица. А потом его ладони легли на мою талию, спустились ниже и обхватили ягодицы, мягко сжав.

— Лин… Я хочу сегодня нежно… — тихо произнес Сашка и улыбнулся ответной улыбкой, такой же светлой и счастливой. — Хочу любить тебя, малыш. Долго и неторопливо…

Я не возражала. Я согласна была на все, что он предложит, мой невероятный мужчина, потому что верила ему безоговорочно и знала, что Сашка никогда не причинит мне вреда. Утопая в его взгляде, я приподнялась и медленно опустилась, упиваясь этим ощущением скольжения внутри твердого ствола, наслаждение разлилось по венам сладкой патокой. Мы двигались вместе, как одно целое, растягивая чудесные мгновения, прекрасно зная, когда остановиться, чтобы зависнуть над самым краем, за которым только бесконечное море удовольствия. И только когда ожидание достигло предела, сделавшись невыносимым до боли в сведенных от желания мышцах, Саша несколькими резкими, глубокими толчками унес нас за грань. Я закричала, захлебываясь в эйфории, царапая твердые плечи и снова и снова поднимаясь и опускаясь, ловя волну за волной, пока не замерла, опустошенная и обессиленная, в бережных объятиях мужа. И бесконечно счастливая, до слез, повисших на ресницах.

Широкая ладонь провела по спине, и я хихикнула, поежившись — это место оставалось еще очень чувствительным после только что пережитого.

— Какое же мне чудо досталось, — пробормотал Сашка на ухо и нежно коснулся губами, отчего я блаженно зажмурилась, расплывшись в улыбке.

— А мне — самый замечательный мужчина, — проворковала, обвив руками его шею.

Плевать, что демон. Я все равно его люблю таким, какой есть. И мы отправились сначала в душ, а потом — в постель. После такого во всех смыслах насыщенного дня и вечера спалось особенно сладко на удобном мужском плече мужа.

…А утром, когда мы неторопливо завтракали, как и полагается молодоженам, трогательно кормя друг друга с вилки, зазвонил Сашкин телефон — высветился номер Насти.

— Что такое, Настюха? — он включил громкую связь, выгнув бровь и жуя кусок омлета."

"— Саня. Мне надо срочно пару-тройку дней перекантоваться где-нибудь, где меня не найдут, — в голосе золовки слышалась паника.

Мы с мужем переглянулись, дружно ухмыльнулись, и Сашка с деланным сочувствием уточнил:

— Этот твой белобрысый демон, что ли, житья не дает?

— Ян заявил, что я выйду замуж только за него, потому что всем другим мужикам, кто будет вертеться около меня, он яйца оторвет, — выпалила Настя, и пришлось зажать ладонью рот, сдерживая смех.