Черт, да что этот ублюдок делает с ней? Слепая, жаркая ярость заслонила взор, и на несколько мгновений Сашка перестал видеть окружающую реальность, почти утратив контроль над собой, но словно издалека донесся довольный возглас бабули. Тряхнув головой, он заставил себя вынырнуть из вязкого болота собственных эмоций и вернуться в настоящее.

— Получилось. Одна-ако, — тут же протянула она, и Саша, убрав руку с уже переставшим кровоточить порезом посмотрел на карту.

Глянцевая, красная стрелка указывала на точку на карте посреди леса, на севере, уже за границей города, где-то за Агалатово.

— Далековато, — обронил Руслан, приблизившись к столу.

— Не думаю, — отрывисто бросил Сашка и посмотрел на бабушку. — Я так понимаю, точные координаты получить сложно, да?

— Ты можешь взять карту с собой, — она усмехнулась, пожала плечами и вдруг легко прижала ладонью стрелку к карте.

Прежде, чем Саша успел испугаться, Света убрала ладонь, и… стрелка не превратилась в кровавую кляксу, а стала нарисованной, только слегка шевелила носом, как породистая гончая в ожидании приказа. Рядом хлопнула в ладони Настя и деловито заявила:

— Ну что, Сань, погнали?

Ивлев-младший оглянулся, собрался было ответить, но на несколько мгновений встретился взглядом с сестрой.

Она чуть прищурилась и негромко произнесла:

— Даже не думай. Своих не бросаем, Ал."

"Он про себя хмыкнул, покачав головой: быстро же Настя приняла Аделину в «свои», однако спорить не стал. Его сестра отличалась нравом, пожалуй, еще более упрямым, чем он сам. Хорошо хоть, бабуля и папа не стали навязываться. Собирать для обычного человека «бригаду карателей» слишком жирно будет для этого больного ублюдка.

— Мы позвоним, — бросил Сашка и поспешил к выходу, прихватив сложенную карту.

Настя молча последовала за ним. Вскоре они выехали — конечно, сумасшедшая сестричка оседлала своего монстра и газанула с места, распугав ревом всех окрестных ворон, пристроившись рядом с машиной Сашки. Хорошо, что КАД отсюда недалеко, и там уж он дал волю своему нетерпению и тревоге, наплевав на камеры и полицию. В конце концов, отвод глаз отлично работал и на технические средства слежения.

Кажется, в какой-то момент его внедорожник выпустил закрылки, а стрелка спидометра колебалась хорошо так за двести километров… На время Саша не смотрел, сосредоточившись на дороге, контроле обстановки вокруг и запрещая себе отвлекаться на пробивавшиеся эмоции Аделины. Снова страх, отчаяние, глухое, горькое, от которого сводило рот, и в груди рождалось низкое рычание, а на пальцах вырастали когти. А потом, когда он уже выруливал с КАДа, вспышка злости, и — опять апатия, только ненадолго.