Поскольку с Кожиным он уже разобрался, это может быть только Олег, ну или его люди. После чего решительно запретила себе думать и тревожиться, пока ничего неизвестно, и поехала на работу.

Два часа прошли продуктивно и насыщенно, сегодня у меня были аж две консультации, слава богу, с вменяемыми мамами, и я могла гордиться собой: в обоих случаях удалось наладить контакт и решить возникший вопрос, хотя, конечно, работы предстояло достаточно. Минут за десять до шести Сашка прислал сообщение: «Малыш, я где-то на час задерживаюсь, жди меня в кафе, где договорились, подхвачу тебя там.

Люблю, целую крепко. Твой я». В груди разлилось тепло от этих слов, а губы сами сложились в мечтательную улыбку. Как же мне нравилось, когда он так называл себя, и — да, нравилось смаковать мысль, что Сашка действительно мой. Как и я — его. Ох.

Пребывая в радужных мыслях, я вышла из школы и направилась к кафе, рассеянно подумав, а не позвонить ли Майе, вдруг она дома. Тогда можно встретиться, поболтать… В кафе я села за столик и достала телефон, собираясь набрать подругу, как вдруг неожиданно кто-то присел на свободный стул, и я выпрямилась, с легким недоумением и настороженностью посмотрев на холеную брюнетку с идеально красивым, правильным лицом и холодными, темными глазами, похожими на два кусочка обсидиана.

— Привет, — незнакомка подперла подбородок ладонью с безупречным маникюром, и медленно оглядела меня, улыбнувшись одними губами. — Вот ты, значит, какая, — произнесла она загадочную фразу, и я внутренне напряглась, однако не дав эмоциям проявиться на лице.

— Простите, вы кто? — вежливо спросила даму, решив прояснить происходящее.

Улыбка собеседницы стала шире, и мое беспокойство усилилось, я копчиком почуяла, что сейчас услышу нечто не слишком приятное. Вот черт, а я-то наивно надеялась, что проблемы закончились.

— О, я? — непринужденно отозвалась она, откинувшись на спинку, и с явным превосходством ответила. — Я — Сашина невеста, милочка, а вот кто ты такая, мне очень захотелось узнать.

Наверное, она ожидала, что я устрою скандал и разборки, или вскочу в слезах и убегу. Однако я вполне неплохо представляла теперь тех, к кому относился и Сашка.

И хорошо, что его семья и воспитание сильно отличались от принятых среди демонов, спасибо за это Арине. Именно ее любовь к Руслану изменила и его, и в дальнейшем, его отношение к детям. Сохранив бесстрастное выражение, как и полагается начинающему психологу, я соединила перед собой пальцы в замок, не опустив взгляда, чем, наверное, изрядно удивила дамочку.

— Он мне ничего не говорил о невесте, — негромко ответила и добавила. — Ни он, ни его родители.