Проверяю, будто могла куда-то исчезнуть. Шрам, вечный след на загорелой коже, что она принадлежит мне.

В других ситуациях, когда Истинные, когда несколько оборотней — ставится столько же меток. Две с разных сторон, мы и тут пошли не так. Но тогда, проходя обряд, словно сами Волчьи Боги подсказали, как нужно подступить.

У нас одна пара на стаю Альф. Так что всё логично.

— Не прижимайся, ты с ними заодно.

— Расскажи мне, Ди. А то я не в курсе, — ага, ни разу не знаю, где Альфы облажались. Но держать лицо нужно до последнего. — Что такое?

— Я последний месяц, как дура, ношусь по собеседования.

Потому что решила, что диплом не мог пылиться на полке. Волк рычал недовольно, что пара считает нас неспособными её обеспечить. Я-то понимал, что Ди просто устала сидеть дома. В четырёх стенах, где только мы и стая иногда мелькает.

Ничего удивительного, что зеленоглазка решила вырваться в люди. И тем более не удивительно, что никто из нас не собирался её отпускать.

— Вы просто издеваетесь надо мной! — откидывается на меня, бурчит обижено. — Я слушаю всё это время, какая я неподходящая и опыта нет. Вы знаете, как я сомневаться в себе начала? Как мне обидно было? — сопит, а Волк навострил уши, придумывая, как будет пару утешать. — Пока один хороший человек не поделился, что это ваше указание. Не брать меня на работу.

— Ди, что ты упёрлась с работой? — Влада срывает, кричит с гостиной, потому что эта тема поднимается уже полгода. И последний месяц особенно жестко. — Тебе чего-то не хватает?

Уверен, если сейчас зеленоглазка ляпнет что-то вроде «общения» или «свободы», Волка сорвёт. Моего, других. Потому что мы собственники, утащить в пещеру самку и не выпускать. Вообще. Никогда. Делить её с двумя другими Альфами — можно. Но не со всем миром, даже пусть и мимолётно.

— Мне… Я просто устала сидеть дома, безвылазно, — выдыхает в итоге, когда мои руки задирают её майку. Касаются впалого живота, поглаживают. Втягиваю чужой запах на ней, сильнее утыкаясь в шею. — У вас всех своя жизнь, а я сижу взаперти. Мне всего хватает, правда, — накрывает мои ладони, трётся носом о щеку. Какая же Волчица, пусть и человек. — И я же не навсегда, мелкая подработка, пока Лина со стаей. Всё равно я в ваших волчьих играх не участвую.

Ещё бы участвовала. Её же могут укусить, ранить, даже банально опрокинуть на землю, когда детишки заиграются. Бегают в форме Волка под присмотром старших, так что дочь под контролем. А Диана и так слишком много с ней возится, отодвигая нас.

Как человек понимаю, как Волк хочу укрыть зеленоглазку где-то и никому не показывать.

— Так что могу где-то работать, — заканчивает мысль, поднимая взгляд на меня. — Это нечестно.

— Ты говорила, что будешь принимать наши особенности, — шепчу на ухо малышки, а ладонями сжимаю задницу.