– Мне не нужен этот дом и унылый Керлиг, который навевает только скуку. А дети Малкольма не нужны тем более, – она фыркнула. – Я что, идиотка? Тратить жизнь на заботу о его приплоде. Вот еще! Сам виноват, что умер. Я тут не причем.

Вот же дрянь! У нее не просто нет совести, но и эмпатия на уровне табуретки. Меня снова душила обида за беднягу Малкольма, что за сволочи его окружали?

Я еле сдержалась, чтобы не напомнить ей, что этот человек был ее братом. Какой смысл? Только слова попусту распылять.

– Значит так, дорогуша, – Танита снова облизнулась, как лиса, поймавшая курицу. – Ты отдашь мне бриллиант, а кроме этого заплатишь сто… нет, двести золотых ксолов единоразово, а потом каждый месяц будешь класть на мой счет по двадцать золотых.

– Ты ах...ах... У меня нет таких денег! – от удивления я чуть языком не подавилась, но Танита была непреклонна:

– Не ври, ты ведь волшебными украшениями торгуешь. Кстати, о них, – она уже вся тряслась в предвкушении наживы, глаза горели фанатичным блеском. Малкольм умер, но Танита нашла новый кошелек, который будет обеспечивать ей безбедную жизнь. – Мне ты будешь поставлять их бесплатно. Тогда, когда я захочу.

Хотелось спросить: “А ничего у тебя не треснет?”

Внутри все кипело от негодования, но я держалась. Если бы со мной рядом был Дарен, то она бы и вякнуть побоялась, ведь дракон сразу предложил бы прикопать ее под липкой. Но его тут не было, я не могу и не должна все время прятаться за его спиной.

Пока не буду с ней спорить, выиграю время, а потом придумаю выход.

– Я не могу сейчас заплатить двести золотых ксолов, это слишком много."

"– Попроси у своего дорогого друга, господина Ингеррама, – жестко отрезала Танита и усмехнулась. – У него точно денежки водятся. И немалые. Ах… чуть не забыла! – она картинно закатила глаза. – Последнее условие: завтра после полудня принеси деньги и приведи с собой огранщика, кое-кто хочет с ним поговорить. Место встречи – возле двуглавого камня в кленовой роще, что за городом. И помни, если не выполнишь условия, я подниму на ноги стражей порядка, и ты загремишь в тюрьму, как мошенница. А может, еще что похуже они с тобой сделают. Я заявлю, что ты пыталась украсть моих племянников и продать их чернокнижникам!

Я опустила голову и устало помассировала лоб. Вот же влипла! Она хочет всю жизнь держать меня на поводке, использовать, как личную рабыню и источник финансов. И как же злит необходимость притворяться и во всем соглашаться!

Но зачем ей Дарен? Против него явно замыслили дурное.

А может, прикопать Таниту за домом не такая уж плохая мысль?

– Это Клавиц хочет с ним поговорить? – спросила я прямо и сложила ледяные руки на животе.

Этот червяк должен бояться Дарена до колик, но раз осмелился, значит, придумал хитроумную ловушку.