– Как вы себе это представляете? Сначала она родит мне, а потом кому-то еще.

Глядя на старейшину, визит которого, что вполне ожидаемо, принес проблемы, видел – он не намерен отступать.

– А потом ещё и ещё, – с невозмутимым видом дед Вивьен кивнул. – Для этого она и пришла в наш мир. Разве нет?

Арагон ревел под кожей, неприятно царапая меня когтями изнутри. Он был сам не свой. Рвался к Лёле, хотел ее защитить.

– И все же я считаю, что это неправильно, – отрицательно мотнул головой, призывая все свои силы, чтобы не выдать истинных эмоций, бушующих под кожей.

– Да в чем здесь неправильность-то? – фыркнула Вивьен.

Ее лицо скривилось, и я невольно отметил, как Арагон сделал то же самое.

«Ты… кривишься на избранную?» – ошеломленно спросил у него, в ответ получая гневное рычание.

– Поддерживаю тебя, дитя, – улыбнулся своей внучке старейшина. – Никакой неправильности в данном вопросе я не наблюдаю. Это судьба попаданки – рожать, пока у нее есть для этого силы. Будем надеяться, ей удастся порадовать как можно больше достопочтенных лордов, мечтающих о наследнике.

– Обязательно порадует, дедуль. Куда она денется? Будет рожать, как миленькая!

Контролируя дыхание, ужасался с каждой секундой все сильнее и сильнее. Такую страшную участь, как Лёле, не пожелаешь даже врагу.

– Именно так, Вива, – старейшина протянул руку и ласково погладил свою внучку по волосам.

Арагон сходил с ума. Я никогда не видел его таким. Он был готов наплевать на всё, и ценой своей жизни вступиться за пришедшую из другого мира девушку.

– Я дал слово…

От моего голоса старейшина перевел внимание со своей внучки на меня.

– … что никто не тронет попаданку без ее согласия.

Вивьен недовольно поджала губы, думая, что я не вижу, а вот ее старик сумел совладать с собой от услышанного. Хитрый лис!

Смотрел в его глаза, не отрываясь. Он, собственно, поступал так же.

Я знал, его голос сильнее моего, но сдаваться не собирался.

– Понимаю, – спустя пару секунд дед Вивьен кивнул, – в нашем мире данное обещание нужно держать. Я уважаю это в тебе, Арон.

Старейшина улыбнулся, вот только интуиция подсказывала мне, что он не сдался. Нашел выход из ситуации. Смог выкрутиться.

– Поэтому сделаем так, чтобы она сама захотела этого.

Хитрый прищур старого лиса говорил о плохом.

– Что? – я напрягся всем телом.

– Ты дал слово, что ее никто не тронет, пока она сама не захочет. Так?

Я осторожно кивнул, подтверждая сказанное.

– Значит, обратимся к помощи природных средств…

– Что вы имеете в виду? – не выдержал я, перебивая.

Мне не нравилось, что хотел устроить старейшина, а вот Вивьен, судя по всему была счастлива. Ее глаза злорадно сияли, а улыбка напоминала хищный оскал.

– Я увлекаюсь старинными свитками. Ну, ты знаешь, – важно хмыкнул Лонэнс Эин Навиер. – Это моя страсть.