— Тепло улыбнулась в ответ на обеспокоенный взгляд Лэйтона. — Всё хорошо, я даже рада. А то, знаешь, ли, носить всё это, — погладила живот, — на себе уже тяжеловато.

— Я сейчас же пошлю за целителем и повитухой, переоденусь и вернусь. Тебе что-нибудь нужно?

— Нет, дорогой, и не спеши. Схватки пока ещё редкие, думаю, у нас достаточно времени."

"Дверь за мужем закрылась. Я попросила служанку принести мне чайничек травяного чая, а от завтрака отказалась. Еда мне сейчас ни к чему. Живот в очередной раз сократился, а сразу после этого толкнулся малыш. Я погладила ткань ночной рубашки, задумчиво глядя в окно.

Сейчас заканчивался один из этапов моей жизни и начинался новый. Уже завтра всё кардинально изменится. Это я понимала. Но даже не догадывалась, насколько сильно.

30. Между смертью и жизнью

Ангелина.

Ближе к полудню я поняла, насколько опрометчиво назвала ночные схватки лёгкими. Сейчас с каждой схваткой сквозь меня словно проходил раскалённый вертел.

Я пыталась ходить по комнате, снова ложилась, вставала на четвереньки пытаясь найти удобное положение тела. Повитуха заботливо массировала мне поясницу, и это дарило кратковременное облегчение. Потом я снова сжимала зубами край простыни и пыталась правильно дышать, но какое уж там! Кто придумал эту боль, как вообще возможно её выносить, неужели, это когда-нибудь закончится? Все эти вопросы по кругу вертелись в голове, но ответов на них у меня не было.

Повитуха убирала с моего лба влажные пряди волос, ласково гладила и шептала что-то ободряющее. Целитель время от времени заставлял переворачиваться на спину, больно давил на живот, пытаясь сканировать, и лишь недовольно кривился.

Мне становилось всё тяжелее и тяжелее. Потом я вовсе перестала вставать и даже с трудом поворачивалась на кровати.

Спустя какое-то время схватки неожиданно начали затухать. Долгожданная передышка, чего ещё можно желать?

Но обрадовалась только я. Целитель и повитуха обеспокоенно переглянулись. Женщина внимательно и долго разглядывала меня под простынёй, после чего приложила к животу какую-то трубочку, и прислушалась. Покачала головой, глядя на целителя, тот сразу вышел из комнаты. Повитуха достала сумку и принялась звенеть бутыльками и склянками.

Лэйтон.

Нервно ходил из угла в угол под дверями спальни Ангелины. Самое отвратительное чувство — ощущение собственной беспомощности, когда страдает любимая женщина. Если бы только я мог хоть как-то помочь, облегчить её боль! Если бы всё сложилось иначе, и Стихия воды приняла тогда Ангелину. Если бы, если бы…

Дверь открылась, и из спальни вышел целитель. По выражению его лица сразу стало ясно — дело дрянь.

— Лорд Стилл. — Губы уголки губ мужчины опустились вниз. — Роды тяжёлые. И, судя по их течению, исход может быть любой.