На каждом столике по красивой трёхэтажной горке с фруктами, и большое блюдо с канапе, напротив каждого места — порционные салатницы. Ресторан есть ресторан. Выглядит очень достойно. На уровне высшего света. За последние три года я от такого отвыкла, но оценить способна.

— Представляешь, сколько они денег вбухивают в такие праздники? — в голосе Риты звучит откровенная зависть.

Меня передёргивает. Даже не знаю, что и ответить. В моей жизни были разные полосы. Мы с мамой жили хорошо, затем очень плохо, потом, когда в маминой жизни появился Николай, дорого-богато, но я так и не поверила, что роскошь — это навсегда. И позже, когда оказалась на грани нищеты, саму бедность трагедией не считала. Потерю мамы — да. Учёбе в престижном вузе я бы предпочла нашу с мамой жизнь до появления Николая."

"И вот теперь я вроде начала понемногу выбираться на поверхность. Такова жизнь. Чтобы пробиться к лучшему, она требует работать и очень много. А зависть ещё никому не помогала. И те, кто внизу, напрасно считают, что богатым людям вот это всё свалилось на голову просто так. Я видела, каким уставшим возвращался Николай после своих ненормированных рабочих бизнес дней. Да и мне, прежде чем моё резюме заинтересовало Корпорацию «SEVEN», пришлось немало потрудиться.

Пока я думаю, что ответить Рите, так, чтобы не обидеть, выясняется, что ответа и не требуется.

— Идём, здесь только первый ряд столов возле сцены именной, там все руководители второго звена. Остальные — кто первый займёт. Нужно выбрать что-нибудь поприличнее. Среди менеджеров, кстати, тоже есть неплохие экземпляры.

Рита тянет меня за собой, схватив за руку.

— Здесь вроде все места нормальные, — говорю я, следуя за ней и стараясь не задеть никого из людей.

А зал уже наполняется нарядной расслабленной и весёлой публикой, и у меня потихоньку на душе начинает появляться то самое предновогоднее настроение, в котором я верила в чудеса и сказки.

Рита ускоряется, и мне неловко так спешить, как будто я опаздываю на автобус.

— Не тормози, — она всё-таки отпускает мою руку, и я с облегчением замедляю шаг, переходя на ту же скорость, что и у окружающих меня людей.

Толпа густеет, идти становится труднее, и я оказываюсь там, куда меня тянула Рита, в тот момент, когда она, уже успев занять столик между ёлкой и сценой, подпрыгивает на стуле и машет мне рукой.

— Аня, сюда!

Вообще-то меня зовут Адриана, но только мама называла меня Рия. Своё домашнее имя я ревниво охраняю от посторонних, поэтому для всех и всегда я Анна Эдуардовна.

— Хабалка, — шипит какая-то девушка рядом со мной.

Я бросаю взгляд в сторону говорящей и вижу, что взгляд блондинки устремлён на Риту.

— Она меня оттолкнула, — жалуется девушка своему молодому человеку. — Мы же всегда сидели за тем столиком.