Но как ты могла выйти в этих трусах? – Он сжал ладонью ее колено так сильно, что ей стало больно. – Я хочу тебя, – непоследовательно пробормотал он охрипшим голосом.

* * *"

"Тамара Ивановна, директор сто пятнадцатой школы, встретила Дину приветливо, не слишком внимательно выслушала объяснение насчет сборника о «Поколении Икс», на удостоверение не взглянула, но, узнав, что речь пойдет о жестокости, закрыла дверь на ключ и попросила секретаршу ни с кем ее не соединять.

– Этот случай с Сашенькой Петровым всю мою жизнь перевернул. – Худое интеллигентное лицо стало печальным, а глаза влажно блеснули. – По ночам думаю: что он успел испытать? По улице иду, в метро еду, на всех смотрю подозрительно: а вдруг это тот, кто ребенка ножом в сердце убил?.. Дело, как вы, наверное, знаете, закрыли из-за отсутствия улик, свидетелей. Нам сказали: видимо, это какие-то залетные хулиганы. Их найти невозможно. Как они говорят, «висяк».

– А вы никого из учеников школы не заподозрили в этом преступлении?

– Нет… Извините, это неправда. В первое время я каждого сложного подростка подозревала. Наблюдала за ними, будто тайный агент какой-то. Самой себе противна была. Сейчас я уверена в том, что нет, никто не мог такое сделать. Хотя у нас есть и выпивающие, и хулиганящие. Но человеческий стержень в тех детях есть. Разумеется, я могу ошибаться. Но мы теперь уже не узнаем. Это ведь далеко не первый случай, когда убивают ребенка, а убийцу не находят. Не стараются найти. Ученик из бедной семьи – это не депутат и не олигарх.

– Да. Очень известный криминалист произнес недавно именно эти слова. Он рассказал мне вчера об ужасном случае, вы, наверное, слышали. Девочку пяти лет убили две младшеклассницы.

– Да, конечно. Что-то невероятное. Но там было много свидетелей. Те убийцы еще плохо соображают: повели ребенка на глазах у всех. Может, они не собирались ее убивать. Увлеклись. Существует детская жестокость, даже жестокость младенцев.

– Там дело было в сережках и часах. Алчность. Зависть.

– Да. Это, конечно, бич. Детям вбивают в голову, что это не пороки, а достоинства. А результат, естественно, непредсказуем.

– Как вы думаете, теоретически из таких малолетних убийц могут вырасти нормальные люди?

– И теоретически, и практически – могут. Но это забота не одной семьи и не одной школы, а всего общества. Есть масса методик по перевоспитанию малолетних преступников. В принципе можно вызвать у них отвращение к насилию, протест, способность к состраданию, восприятию чужой боли. Требуется пустячок. Чтобы большинство взрослых, которых эти дети встретят в жизни, придерживались таких же принципов. Там, где торжествует закон, где за преступлением неизбежно следует наказание, всякого рода извращенцы знают, что они отвергаются обществом.