— Слоанн славный малый. Но, к сожалению, он, как Грихар, часто делает то, что нужно Рошину. Тот случай на площади… Не зря он там оказался. Похоже, они плотно взялись за всех, кто упоминает Ингимон и Фениксов. Кто вспоминает Бриана О’Кина, как несбывшуюся надежду на переворот. В ваших силах им видится угроза. Но мимо меня сотворять с вами такое… Это подло даже для Рошина. Он переходит все границы!

— Думаю, отчасти он до сих пор вам завидует, — я пожала плечами. — Вы сильный маг — не слабее него! — и бесстрашный человек. Многого добились, правильно распорядились тем, что вам дано от природы.

Вы красивый мужчина и…

Двэйн повернул ко мне голову и взглянул с вопросительной иронией. Упс! Кажется, я ляпнула лишнее!

— Что? — воскликнула, стараясь сохранить лицо.

Претемнейший снова отвернулся.

— Знаете, хоть это плохо и неправильно, мне даже немного нравится, когда вы в таком состоянии.

— Я начинаю нести чушь? — пришлось прятать от него взгляд.

И правда, куда это меня понесло?

— Нет. Мне кажется, вы начинаете говорить то, что действительно думаете, — маг хитровато улыбнулся.

Я смущённо замолчала, да и Двэйн не стал настаивать на разговоре.

Кажется, он крепко о чём-то задумался — может быть, о принце и о том, что тот творил в последнее время. Всё это наводило на крайне неприятные мысли. Казалось бы, Рошин должен быть заинтересован в том, чтобы открыть Врата и разобраться с утечками Хаоса. Но в то же время он всеми силами нам мешал.

И что будет дальше, даже предполагать страшно!

Сквозь пелену лёгкой дремоты, что начала заволакивать разум, я услышала, как в дверь постучали. Открывать глаза не хотелось. Разнежил меня Двэйн, а я слишком многое ему позволила!

— Горничная принесла чай, — раздался голос Айне.

— И если вас будут спрашивать…

Двэйн шевельнулся и, приоткрыв один глаз, я заметила, как он приложил палец к губам, призывая сестрицу вести себя потише.

— Меня здесь нет. Меня вообще нигде нет. Пропал, растворился! — слегка раздражённо ответил он. — А теперь, прошу…

— Но…

— Как видите, мы не делаем ничего предосудительного. Эйлин просто надо отдохнуть, а я хочу немного за ней присмотреть.

Айне вышла, шурша подолом. Я вздохнула и окончательно погрузилась в сон.

Позже ощутила, как тело наполняется теплом, как взбудораженные нервы и магия успокаиваются.

То и дело раздавалось тихое ворчание Гугла. Он чинил меня, словно сломанную игрушку — и оттого сон становился всё крепче.

Наутро я обнаружила себя в кровати. Всё, что случилось накануне, показалось странным сном. Поцелуи Двэйна, он рядом со мной, так близко, что замирало сердце. А вот теперь его нет, даже не помню, как ушёл. Как будто и правда растворился.

Что ж… Значит, ведём себя, как обычно!

Правда, бабуля запретила мне вставать с кровати так скоро.