– Мне хватает времени, Каталина. Более чем достаточно. – Даже в темноте салона я видела, как горят синие глаза. На такую откровенность я не рассчитывала. – Просто я берегу его для женщины, которая того стоит.

Какое самомнение. Нахальство. Даже наглость. Это… возбуждает.

Я покачала головой. Нет. Не могу воспринимать Аарона как сексуального мужчину. Он саркастичный. Самодовольный. Порой сварливый. Спесивый сноб. Но отнюдь не сексуальный. Ни капельки.

– Поэтому ты ни с кем не встречаешься? – удалось мне спросить с равнодушным видом. – Потому что задрал планку выше неба?

Аарон с легкостью парировал удар:

– А почему тебе некого взять на свадьбу?

– Я… – Хотелось бы, чтобы причиной тоже была моя разборчивость, а не простая глупость и неуемное вранье. – Там все сложно. У меня есть на то важный повод.

Я опустила руки на колени, уставившись на приборную панель.

– Всегда есть повод. Если человек говорит, что его нет, значит, врет.

– И какой же повод у тебя? – спросила я, разглядывая темные гладкие вставки, украшавшие салон. – Что заставило тебя предложить роль твоей девушки именно мне?

– Долгая история. – Аарон выдохнул. Устало, как и я. – Намечается один… скажем так, светский прием. Не могу обещать, что будет весело, но у мероприятия благие цели. – Он замолчал. Я тоже не стала ничего говорить, довольствуясь теми скупыми деталями, которые он счел нужным сообщить. – Я потом расскажу подробнее. Если ты, конечно, согласишься.

Я подняла голову, встречаясь с ним взглядом. Аарон словно бросал мне вызов. Дразнил. Предлагал заглянуть в свою неведомую – и не факт, что существующую – личную жизнь. Он знал: я не устою перед соблазном.

Отлично разыграно, Блекфорд.

– Почему я? – спросила, глупым мотыльком потянувшись к свету. – Почему не позовешь кого-то другого?

Не моргнув и глазом, он ответил:

– За все время, что мы работаем бок о бок, я успел убедиться в одном: если кому и хватит безрассудства пойти на подобную авантюру, то только тебе. Ты тоже моя единственная кандидатура.

Не стоило воспринимать его слова как комплимент – ничего приятного в них не было. Аарон назвал меня безрассудной. Но, черт возьми! Его фраза стала последней каплей, увенчавшей день, полный неожиданностей. Узнав, что Аарон тоже нуждается в помощи, я невольно дрогнула.

– Ты же знаешь, что придется лететь в Испанию на три дня?

Короткий кивок.

– Да.

– А взамен с меня – один-единственный вечер? Когда я должна притвориться твоей девушкой?

Аарон снова кивнул. Глаза опять заледенели. Зубы сжались, губы сошлись в тонкую линию. Такое выражение было мне знакомо. Он не раз меня им бесил.

Наконец Аарон сказал:

– Так мы договорились?

Кажется, мы оба спятили.

Мы смотрели друг на друга в полной тишине. Я силилась ответить, но губы будто смерзлись.