Мы вчера очень долго прощались: никто из нас не хотел заканчивать разговор. Обвинили во всем батарею его телефона, которая сдалась первой, перегрев устройство от накала страстей на линии. Так Никита Андреевич предложил найти виновного. А я, как лояльный подчиненный, согласилась с руководителем.

Быть начальником хорошо по многим причинам. И одна из них – можно иногда позволить себе опоздать на работу."

"Я стою возле кофемата и прикрываю зевающий рот, ожидая, когда моя третья за это утро кружка кофе будет наполнена. Не успеваю закрыть рот, как в офис заходит начальник.

Выглядит он как всегда шикарно: идеально выглаженный черный костюм, накрахмаленная светло-голубая рубашка, волосы уложены с чуть заметным нанесением геля и даже ботинки вычищены идеально: их блеск виден за два метра, что разделяют нас. Надеюсь, я успела вовремя закончить зевок, не выдав себя отвисшей челюстью.

Сажусь за рабочий стол и смотрю на время. Еще час до обеденного перерыва. Начинаю медленно, маленькими глотками пить горячий кофе и открываю файл с запросом, который вчера поручил Никита Андреевич.

Черта помяни…

Краем уха слышу, как до боли знакомый голос спрашивает одного из коллег, где сидит Очеретина Надежда.

Он только что произнес мое имя!

У меня земля ушла из-под ног, когда я увидела, что, получив ответ, начальник начинает медленно двигаться к моему столу. Это я потом подумаю, что впервые за два года он удосужился узнать, как я выгляжу, и где находится мое рабочее место, а пока в этот самый момент я медленно умираю от безысходности.

Не смогла придумать ничего лучше, как заглотить в рот побольше кофе, отчего вздулись щеки. И вот уже большой босс стоит напротив меня и смотрит с высоты своего роста прямо на те самые щеки.

– Надежда Александровна? – задает уточняющий вопрос.

Я уже не раз подчеркивала, что раньше мы никогда не общались вживую.

Киваю головой и держу горячую жидкость во рту, как заложника и спасителя одновременно.

– Вы получили вчера запрос после обеда?

Шумно выдохнула от облегчения. Уф, всего лишь работа. Он не знает, что я та самая женщина-загадка.

Я снова киваю. Нет времени как следует рассмотреть мужчину поближе, хотя очень хочется. Стараюсь придумать, что же сделать с этим кофе, чтобы больше не выглядеть так глупо, но при этом не сказать ни слова вслух.

Боже, у меня, наверное, сейчас вид клоуна, который пытается объясняться пантомимой.

Никита Андреевич проходится по мне очень внимательным взглядом, оценивая ситуацию и мою глупую выходку. Может, просто дает время, чтобы я уже, наконец, проглотила этот напиток и смогла с ним заговорить. Но я все также с закрытым ртом смотрю пристально ему прямо в глаза, показывая, что ожидаю продолжения.