"

"— А? — Тетя включила телевизор, опустилась в кресло и углубилась в какую-то утреннюю развлекательную передачу.

— Чего эти люди хотели? — повторила я.

— Да говорили, чтобы вы зашли к самому… К Толстикову. С этим… Как бишь его зовут? С Василием.

Этого мне только не хватало. Каким же образом я теперь Дмитрию Федоровичу его братца-то предъявлю?

Н-да, дела…

— Отфумели летние довди-и! — завыл вдруг телевизор голосом какого-то эстрадного певца. Тетушка поморщилась и переключила на другой канал.

— …Таким вот образом мы и покончим с криминальными элементами в нашем городе, — прошелестел телевизор таким знакомым и узнаваемым голосом, что я тут же вскочила с дивана, сдернув с себя мокрое полотенце. Слава богу, тетушка не видела меня — она бы подумала, что я окончательно с ума сошла. Тетушка сидела спиной ко мне, поближе к телевизору.

На экране чинно переминался с ноги на ногу, стоя на какой-то летней эстраде, импозантный мужчина средних лет.

Сомнений нет — голос принадлежал тому самому собеседнику Мутного, которого я видела у подвала с нелегальным складом оружия. Недаром у меня его голос ассоциировался с телевизором. Значит, этот импозантный мужчина…

— Теть, а теть, — позвала я, — чего это передают?

— Да местная программа, — отозвалась тетя Мила, — депутат Ахтырко выступает. Кандидат в мэры города. С предвыборной программой. У нас же выборы скоро. Вот Ахтырко и есть главный претендент на место Толстикова. Если Толстиков, конечно, не останется. Вот так… А, надоели они все, как собаки, — неожиданно заключила тетя и переключила обратно на шепелявого певца.

Так-так. Чего бы это все значило? Я приложила ладонь к больной своей голове, стараясь сообразить, что бы это, в самом деле, значило?

Тут в голове моей словно последний кусочек мозаики встал на свое место. Да все же понятно — чего тут непонятного!

Если этот самый кандидат в мэры города Ахтырко связан, я бы даже сказала — повязан с бандитом Мутным, который похитил брата нынешнего мэра, — тогда ясно. И похитил его вовсе не для выкупа — это сам Мутный мне проболтался, — тогда чего уж тут непонятного.

Если заставить Василия просто поприсутствовать до прихода ментов на месте какого-нибудь преступления, то эти самые менты как дважды два докажут, что Васенька, с его-то репутацией, это преступление и совершил. Ну а дальше подключать к этому делу прессу… пресса раздувает скандал.

Я уже вижу заголовки газет — «Родной брат мэра города расстрелял из „калашникова“ восемь человек». Или — «В семье мэра Толстикова обнаружили маньяка-убийцу». Или еще чего… Это лишь воображение подключить стоит…

Вот для чего им нужен был Василий.