- Он был с кучей школьниц, Кейс. Их было много."

"– Итак, он наслаждался жизнью, - сказала она. – Назови хоть одного мальчика нашего года, который не сделал того же?

– Есть удовольствие, а есть распыление, Кейс.

– Детка. - Смягчив черты лица, она одарила меня сочувствующим взглядом. – Не впускай такие мысли. Они только испортят ваш счастливый маленький любовный пузырь.

– Да, знаю.

– Ты знаешь?

Я пожала плечами.

Она закатила глаза. – Ты тупая.

– Как ты это поняла? - Я смеялась.

– Потому что ты должна быть безумно счастлива, - объяснила она. – Не беспокоясь о том, с кем он был в прошлом.

Эти девушки остались в прошлом не просто так, Ифа. Пошевелив бровями, она добавила, – Кроме того, я искренне сомневаюсь, что Даниэль Лонг когда-либо, потрясла его мир, сидя на переднем сиденье Range Rover.

Я ухмыльнулась. – Так и есть.

– Кроме того, возможно, Даниэль и была его первым трахом, но ты - его первая любовь, - добавила она, толкая меня бедрами. – Поверьте мне, это оставляет чертовски сильную отметину на мальчике.

– Ну, он оставил свой след на мне, Кейс.

– Да, - согласилась моя лучшая подруга, бросив на меня странный взгляд.

– Что? - спросила я, беспокоясь тем, как она на меня смотрела.

– Что с этим лицом?

– Ничего, я просто подумала, что у тебя есть еще что сказать, - ответила она, все еще интенсивно глядя на меня. – Потому что ты можешь мне рассказать всё, Ифа.

– Я знаю, - улыбнулась я. – Взаимно, Кейс.

Глава 22. ХО-ХО-ХО

Джоуи

– Кто хочет китайскую еду? - объявил мой отец с веселым тоном, когда он вошел в кухню поздним субботним вечером, держа два коричневых бумажных пакета в руках. – У меня выпали числа в букмекерской, и еды хватит на всех.

С пластиком, отклеивающимся от замороженной лазаньи из магазина в моих руках, я наблюдал, как моя мама и братья и сестры вошли в кухню за ним.

– Давай, мальчик, - сказал он, швырнув еду на стол, в то время как моя мать приблизилась со стопкой тарелок. – Выбрось эту дрянь, - он приказал, махнув рукой в мою сторону. – Тут еще есть куриное карри для тебя.

Сделав совершенно противоположное, я подошел к мусорному ведру, бросил пластик туда, а затем вернулся, чтобы поставить свою лазанью в духовку, игнорируя волнение горечи, которая поднималась, когда я наблюдал, как остальные члены моей семьи - включая Шэннон - стоят с тарелками, словно сцена прямо из Ирландии 1840-х годов.

Не будь, блядь, таким слабаком, я хотел закричать, твоя суповая кухня имеет последствия.

– Ты что, не слышал меня, мальчик? - отец рявкнул, когда все они заняли свои места вокруг стола, как большая счастливая семья.

– Я тебя слышал.

– Так чего ты ждешь? - он вытолкнул стул, чтобы я присоединился к ним. – Возьми тарелку и садись.

– Мне не хочется.

– Ах, ну давай, тебе нужно поднабрать, мальчик.

– Я сказал, что не хочу твоей еды.