– Боже, Джо, меня так сильно трясет, что я едва могу поднести телефон к уху.

– Мне знакомо это чувство, - услышала я его слова. – Прости, что мне потребовалось так много времени, чтобы позвонить тебе. Я пытался с того дня, как ушел, я обещаю.

Это просто…-Он тяжело вздохнул в конце очереди. – У них здесь все эти правила и прочее дерьмо, и ни одно из них не обойти.

– Итак, у вас все в порядке?-Я осмелилась спросить, а затем крепко сжалась от напряжения. – Ты остаешься чистым?

– Шестьдесят два дня, - ответил он, и его голос звучал более ровно, чем когда-либо за последние годы.

– Они даже дали мне эту странную маленькую золотую фишку за то, что я преодолел двухмесячную отметку.

– Да?- Шмыгая носом, я зажмурилась и откинулась на спинку дивана. – Я так горжусь тобой.

– Итак, как идут дела?

– Э-э, ты знаешь, - ответила я со вздохом, возбужденно постукивая ногами, изображая игривую скуку. – Этот засранец, с которым я раньше встречалась, бросил меня, так что я была очень зла из-за этого.

– Что за придурок.

– Так и есть, - кивнув, согласилась я. – Оказывается, у меня также будет от него ребенок.

– Ни хрена.

– Я тебя не обсираю.

– И этот придурок все еще бросил тебя?

– Ага.- Я изобразила еще один вздох. – Оказывается, он большой наркоман.

– Я слышал, что наркоманы становятся худшими парнями.

– Они действительно.

– У него хотя бы большой член?

– У него определенно есть энергия большого члена.

– Хорошо, я даже не собираюсь притворяться, что знаю, что это значит.

Шмыгнув носом, я подавила болезненный смешок. – Продолжай говорить. Мне нужно услышать твой голос.

– Ифа.- Наступила пауза, а затем его слова обрушились шквалом. – Господи, Ифа, мне так жаль, детка.

За все это. За то, что оставил тебя. За письмо. Господи, я не могу выразить словами, как мне плохо из-за всего, через что я заставил тебя пройти за последние несколько месяцев. Когда я пришел сюда, я был сам не свой. Правда в том, что я уже очень давно не был самим собой. Я не уверен, встречала ли ты когда-нибудь настоящего меня и понравится ли он тебе вообще, но я пытаюсь. Я так чертовски сильно пытаюсь вернуться к тебе… – Я уже люблю его, - выпалила я. – Все твои формы и версии, помнишь?

– Ты не представляешь, как много значит слышать это от тебя.

– Что? Я люблю тебя?

Я услышала, как он шмыгнул носом, прежде чем сказать: – Да.

– Ну, я люблю тебя, Джоуи Линч, - прохрипела я, вытирая щеки свободной рукой. – И, по-видимому, я не могу остановиться.

– Спасибо, черт возьми, за это,- ответил он. – Потому что, по-видимому, я тоже не могу перестать любить тебя, Ифа Моллой.

– Джо, я такая – тьфу!- Я резко втянула воздух.

– Что случилось? – потребовал он, мгновенно насторожившись.

– Ничего. Малыш просто очень сильно пинает меня в эти дни.