― Что-то? ― повторяет Грей.

― Ну, знаешь, то самое?

― Не знаю. О чем ты, Кэтрин? ― Он наклоняет голову и смотрит на меня.

― Ты спал с ней? Когда меня не было? У вас что-то было? Ничего страшного, конечно. Меня здесь не было. Ты был волен делать что угодно и с кем угодно. Но мне нужно знать… У вас было? С Лил?

Грей ухмыляется."

"― Похоже, ты ревнуешь, детка.

― Я не ревную. Скорее… мне любопытно, ― говорю я ему. В конце концов, у меня нет права на ревность. Не после того, что я с ним сделала.

― Нет. У нас ничего не было. И никогда не будет. ― Грейсон вздыхает.

― Ладно. Извини. ― Я трясу головой, пытаясь прогнать образ, возникший у меня в голове. ― Так почему между вами вдруг возникла такая напряженность?

― Потому что она помогла тебе сбежать от меня. Она знала, что ты жива, и все эти годы позволяла мне думать, что ты мертва, Кэтрин.

― Ладно. ― Я не знаю, что еще сказать на это. ― Я понимаю. Правда. Но она заботилась обо мне. Если это поможет, она всегда была в твоей команде. Она умоляла меня не бросать тебя, Грейсон. Это моя вина, что я ушла, а не ее.

― Это не поможет. Но ты все равно чертовски милая, когда ревнуешь. ― Грей обнимает меня и притягивает к своей груди. Затем он целует меня в лоб.

― Я не ревновала, ― ворчу я в его футболку.

― Конечно, не ревновала, ― говорит он, и его грудь вибрирует от тихого смеха. ― Это правда? То, что ты сказала раньше? О том, что у тебя никого не было…?

― Да. ― Я поднимаю голову и смотрю ему прямо в глаза. ― Для меня все было иначе, Грей. Я знала, где ты. В то время как ты думал, что я мертва. Ты двигался дальше. Это понятно и совершенно нормально.

― Я, блядь, не жил дальше. Ни минуты. Но и безбрачия у меня не было, ― говорит он.

― Я знаю. Я читала таблоиды, ― говорю я ему. ― Похоже, ты неравнодушен к блондинкам.

― Я неравнодушен к тебе. Я пытался найти тебя в каждой встречной…

― Мне жаль.

― Все в порядке. Может, возьмем Грейси и пойдем готовить пиццу? ― предлагает он гораздо более легким тоном.

― Готовить пиццу?

― Угу, я официально в отпуске и могу есть всякую дрянь. Так что я хочу есть фаст-фуд и наслаждаться им. ― Он ухмыляется.

― Ладно, давай сделаем самую жирную и вредную пиццу, которая только может быть. ― Я поднимаюсь на цыпочки, а затем быстро опускаюсь обратно. Я уже собиралась поцеловать его, но передумала.

Стоит ли мне это делать? Целовать его, как раньше…

― Кэтрин, поцелуй меня, ― говорит Грей, явно читая мои мысли. ― Если ты хочешь поцеловать меня, то, блядь, целуй. Когда угодно, где угодно и перед кем угодно.

Я приподнимаюсь и сливаюсь с его губами, закрывая глаза, позволяя себе раствориться в его объятиях, во всем том, что представляет собой Грейсон Монро.

― Кэтрин, мы можем поговорить? ― Винни заходит на кухню с Джейкобом Монро ― главой семьи Монро, он же отец Грея.