То, что она успела им очароваться, было исключительно ее проблемами. В этот момент она почему-то твердо решила на заработанные тогда деньги все же поехать с бабушкой в Вену. Если понемногу откладывать с каждой зарплаты, средств хватит с запасом.

— Хорошо, допустим, — согласилась она. — Так что еще тебе надо?

Марк коротко пересказал ей встречу с призраком Светланы Поликарповны. Рита сначала недоверчиво улыбалась, но, когда он дошел до предупреждения о грозящей им обоим опасности, улыбаться перестала.

— Думаешь, там был убийца старухи и Павлика, и он видел нас? — испуганно спросила она.

 — Мы же ничего не сделали!

— Или так, или старуха угрожает натравить его на нас, — пожал плечами Марк. — Призраки могут еще и не такое, поверь мне. Так что нам нужно найти чертов гребень.

— Но как? И что с ним делать, когда найдем? Зарыть в могилу к Поликарповне?

— Мне нравится это «когда», — усмехнулся Марк. — Я вот говорю «если». Что с ним делать, мы разберемся потом. Возможно, Поликарповна сама подскажет. Сейчас главное его найти.

— И у тебя есть идеи?

— Пока очень сомнительные. Я позвонил участковому в Сосняку, помнишь его? Убийцу они, само собой, не нашли, но он обмолвился об одной очень занятной вещи.

У Светланы Поликарповны есть девятнадцатилетний обалдуй-внук. Живет в Питере, из университета поперли, в армию не взяли по состоянию здоровья. Перебивается случайными заработками, есть подозрения, что наркоманит. Участковый говорит, что внучок в последнее время зачастил к бабуле, но никаких улик против него у полиции нет. Или он просто не в курсе. Надо расспросить этого внука подробнее.

— Думаешь, это он? — усомнилась Рита.

— Думаю, убийца как-то узнал, что у Светланы Поликарповны есть редкий старый гребень.

Участковый говорит, полиция считает основной версией то, что убийца — профессиональный скупщик всякого редкого старья. Я погуглил в Интернете, там до фига сайтов, где такие вещи продают и покупают. Да и всяких магазинов с антиквариатом еще больше. Это если не брать в расчет частных коллекционеров. Светлана Поликарповна, видимо, продавать гребень отказалась, за что и заплатила жизнью. Внук вполне мог сболтнуть кому-то из знакомых о существовании у бабки такой редкости, но нам нужно понять кому.

— И ты действительно считаешь, что если он не сказал полиции, то скажет нам?

— Нам — едва ли, — усмехнулся Марк. — А вот Лере скажет.

— Ах ну да, Лера, — протянула Рита.

Он наклонился к ней чуть ближе и заглянул в лицо.

— Так что, ты с нами?

— Зачем я вам? Никого же оживлять не нужно, а больше у меня нет достоинств.

— Может, мне нравится твое общество?

— Ты говорил, что не лжешь без надобности.

— Я и не лгу.

Рита повернулась к нему, разглядывая его лицо в полутьме веранды.

«Не смей, Рита, — велела она себе.