Требование их освобождения является как нарушением моего соглашения с императором, так и противоречит политике партии большевиков, провозгласившей пролетарский интернационализм и отказ от террора.

– Тут, Иван Васильевич, действительно, как-то помягче надо, – сказал Карелин, – и амнистия должна быть только для тех, кто боролся за права рабочих и не совершал насильственных преступлений.

– Если возражений нет, то так и запишем, – сказал Коба и после паузы, подтвердившей отсутствие возражений, продолжил: – К требованию общего и обязательного народного образования за государственный счет необходимо добавить и требование всеобщего доступного бесплатного государственного медицинского обеспечения. Вопрос о создании Министерства здравоохранения муссируется вот уже двадцать лет, а воз и ныне там. На этом с параграфом первым всё. Возражения есть?

– Нет, – сказал Варнашев, – возражений нет. Это хорошо, что вы, товарищ Коба, вспомнили про медицину. У нас это как-то из головы вылетело. Если что случится со здоровьем, то на докторов денег не напасешься."

"– Параграф второй, – сказал Коба, – «Меры против нищеты народа». Ну, тут я не совсем согласен с пунктом, где говорится об отмене косвенных налогов. Это требование целиком и полностью в интересах буржуазии. При капитализме товар в лавке продается ровно за ту цену, какую может уплатить покупатель. Если завтра отменят все акцизы и сборы, то цены в лавках не снизятся ни на копейку. Просто капиталисты станут еще богаче, а государство еще беднее. Вместо этого для снижения цен необходимо требовать разрешения на развитие рабочей потребительской кооперации с целью составить конкуренцию лавочникам. А также добиваться запрета фабричных лавок и выдачи зарплаты расписками.

– Я «за», – сказал Карелин, – от кооперативной лавки и отмены расписок пользы будет, действительно, куда больше, чем от отмены этих самых косвенных налогов. Причем облагают ими, как я слышал, в основном дорогие вещи, рабочим совершенно ненужные, да еще водка, которая им прямо вредна.

– Что касается требования введения прямого прогрессивного подоходного налога, – продолжил Коба, – то есть сомнения, что надо требовать именно прогрессивный налог. По опыту тех стран Европы и Америки, где такой налог уже введен, известно, что капиталисты всеми силами уклоняются от его уплаты, нанимая для этого умных и хорошо знающих законы адвокатов. Они так насобачились защищать интересы своих богатых клиентов в суде, что зачастую выходит так, что миллионер платит налогов меньше своего секретаря. Необходим единый плоский подоходный налог в десять или пятнадцать процентов, при котором богатые будут платить в казну, если учесть разницу в доходах, намного больше бедных.