Точнее так, с такой внешностью, какую сегодня увидела в отражении – выжить проще некуда, заметила, как городовые на меня смотрели. Но это совершенно не мой вариант, никогда не стану продажной девкой, а значит, шансы на спокойную жизнь таят на глазах.

Полная луна взошла над городом, сразу просветлело, и даже как-то не страшно.

Вдруг сани остановились, и кучер крикнул:

— Приехали! Выходи, вон тот дом! — он указал рукой на солидный двухэтажный особняк, около которого и притормозил.

Не успеваю поблагодарить, только ноги оказались на снежной обочине, извозчик тут же и уехал.

— Резкий какой! А вдруг бы мне обратно пришлось ехать?

Сама ж понимаю, что ехать и некуда. Надо тут всеми правдами и неправдами получить место.

Преисполненная решимости стучу в калитку усадьбы, злобные собаки взвились лаем, и через несколько минут дверь открыл пожилой слуга, с таким недовольным лицом, что и так понятно, никого на ночь глядя тут не ждут.

— Добрый вечер, я на работу, это же дом боярина Харитонова? Меня к вам отправили…

Не успеваю договорить, как дед прыснул смехом.

"

"— Дурында, это дом Орешковых, купцов первой гильдии. А Харитоновы молодые съехали в большую слободу. А старуха померла летом еща. Вон дом проклятый напротив, окна заколочены. Нечистая сила там хозяйничат. Нет тут мест, и нам никто не надобен. Всё, айда отсюдава, хозяин сейчас прикажет собак спустить, ляльку разбудила ты стуком своим.

Проворчал, сплюнул под ноги и захлопнул калитку.

Вот тебе и гостеприимство.

Оборачиваюсь и замираю в ужасе.

Дом Харитоновых действительно выглядит так, словно в нём нечисть живёт. Окна заколочены крест-накрест, всё чёрное, и над ним словно персональная туча висит.

Стукнуть в эти ворота или в следующие?

В сознании появилась отчётливая мысль, что на этой улице никто ночью из дома не выходит. Все боятся нечисти.

— Ну посмотрим, за кем меня Матрёна отправила, Баба-Яга старая.

Холодает, ещё немного и превращусь в сосульку. Поскрипела немного снегом под «уггами» да и решилась, голова моя бедовая, сама не поняла, как отыскала щель в заборе, пролезла, по насту прошла к заколоченным дверям, а дальше заметила небольшую дверь, совсем неприметную, в темноте бы и не увидела, но меня словно тянет сюда, как кота за рыбьим хвостом.

Дверца скрипнула, и я, низко нагнувшись, вошла в дровник, несколько шагов на ощупь, вот и лестница наверх. Но в доме-то холодно, чтобы не возвращаться взяла несколько поленьев и поспешила наверх.