— пожилой мужчина повернулся ко мне тоже с улыбкой — Домой, как всегда?

Я бросила взгляд на наручные часы. Семь утра.

Решила, что Пашуля не заслуживает того, чтобы выспаться. Если уж ""рубить"", а я это уже окончательно решила сделать, то зачем откладывать до вечера.

— Да нет. Давайте на Транспортную, два.

— Ну, на транспортную так на транспортную.

Я откинула голову назад и закрыла глаза. Водитель молчал, не мешая мне думать. За что я любила больше всего ездить именно с Борисом Андреевичем — это то, что он всегда видел, хочу ли я поболтать по дороге или доехать в тишине. Если я была настроена на разговор, то он убавлял музыку и мы болтали. Если нет, то радио полностью выключалось и мы ехали молча.

У дома Паши расплатилась и вышла из такси. Поднялась на нужный этаж и открыла своим ключом, который мне выдал Паша после второй нашей совместной ночи. Зашла в квартиру, кинув ключи на тумбочку. Если всё будет, как я запланировала в такси, то они мне больше не понадобятся.

Нагнулась снять обувь и только тогда увидела незнакомые женские туфли.

Выпрямилась, с удивлением рассматривая неожиданный сюрприз, в виде этого безобразия, цвета фуксии на небольшом каблучке.

И тут же услышала женский голос из спальни своего парня, который вот-вот распрощается с этим статусом, судя по всему.

Глава 6

Развернулась в сторону спальни, сделала пару шагов и тут же, правда, тормознула. Застыть на месте меня заставило то, что я узнала этот голос. Что совсем меня не обрадовало.

Ёпрст, только не это! Вернее, не она! Уж лучше бы я постороннюю бабу в его постели застукала!

Мелькнула мысль свалить отсюда, к чертовой матери, пока моё присутствие не было обнаружено. Потом вспомнила мамины советы, что чем быстрее ты столкнешься с проблемой — тем меньше потеряешь нервных клеток, при ожидания этих самых проблем.

К женскому голосу присоединился голос Паши.

Я всё-таки пошла в сторону спальни со словами ""Ну, с Богом!"". Правда сказала тихонько себе под нос их, чтобы меня не услышали раньше времени. Открыла дверь и замерла.

Паша сидел на кровати, зажимая руками свою головушку, которая, судя по всему, трещала неимоверно. Возле него стояла…фурия, просто в данный момент другого слова для неё у меня не находилось.

— Доброе утро, Вера Васильевна! — начала, обозначая своё присутствие.

Моя несостоявшаяся свекровь стояла, уперев руки в бока и сверлила своего сыночка гневным взором сощуренных глазок. Услышав голос, она повернула голову в мою сторону. Паша даже не шевельнулся, только тихонько застонал.

Правильно, милый мой, чуешь чем пахнет! А пахнет криками и воплями (что не есть хорошо для похмельного состояния парня), которые начнутся через три секунды.

Три! Два! Раз! Поехали!"

"— ТЫ!!! — что-то среднее между криком и шипением.