Будущий император поселился в нем со своей молодой женой, дочерью короля Пруссии. Как потом вспоминал Николай I, именно здесь он провел самые счастливые годы своей жизни.

Став императором, он переехал в Зимний дворец, но грандиозный пожар 17 декабря 1837 года, после которого Зимний превратился в обгорелую кирпичную коробку, заставил Николая снова на время перебраться в Аничков дворец. И лишь совсем недавно, после того как Зимний в рекордно короткое время был восстановлен, императорская семья выехала из Аничкова дворца.

Во время путешествия по Европе наследник русского престола, цесаревич Александр Николаевич, не только знакомился с достопримечательностями Старого света, но и подыскивал себе невесту.

В Британии он закрутил интрижку с тогда совсем еще юной королевой Викторией. Дело дошло до того, что королева была готова выйти замуж за прекрасного русского принца. Но под нажимом своих министров она рассталась с Александром, оплакав это расставание в своем дневнике.

А цесаревич, наконец, выбрал себе невесту в Германии. Ею стала четырнадцатилетняя Гессен-Дармштадтская принцесса Максимилиана Вильгельмина Августа София Мария.

Правда, мать Александра, императрица Александра Федоровна, неодобрительно отнеслась к выбору сына. Дело в том, что Гессен-Дармштадтский герцог Людвиг, скорее всего, не был отцом избранницы русского цесаревича. Герцог и герцогиня разошлись за два года до рождения принцессы Максимилианы. И, как считают историки, фактическим отцом ее был шталмейстер герцогини француз Луи де Гранси.

Но как ни странно, на сторону сына встал император Николай I. Злые языки поговаривали, что это произошло потому, что, дескать, «свояк свояка видит издалека».

Бытует версия о том, что настоящим отцом Николая был не император Павел, а гоф-курьер Данила Бабкин, красавец и богатырь. Потому-то Николай ни телосложением, ни лицом не был похож на щуплого и курносого Павла. Дело дошло до того, что Павел в письме к своему другу Федору Растопчину рассуждал: «Александр и Константин – мои кровные дети. Прочие же? Бог весть!.. Мудрено, покончив с женщиной все общее в жизни, иметь от нее детей. В горячности моей я начертал манифест „О признании сына моего Николая незаконным“, но Безбородко умолил меня не оглашать его. Но все же Николая я мыслю отправить в Вюртемберг, к дядям, с глаз долой: гоф-курьерский ублюдок не должен быть в роли русского великого князя…»

Самое смешное, что и сам Павел, по всей видимости, был сыном не императора Петра III, а Сергея Салтыкова, любовника Екатерины II. А та, в свою очередь, не дочерью герцога Ангальт-Цербстского, а Ивана Бецкого. В общем, та еще семейка…

Но пока невеста находится еще у себя на родине и должна приехать в Петербург лишь к концу года.