– Мой батюшка говорил, что вы в последнее время все больше дома сидите. И на службе он вас уже давненько не видел.

– Передайте уважаемому Дмитрию Николаевичу, – ответил ей князь, – что, к сожалению, дома меня удерживают неотложные дела, а также временное нездоровье. А как вы поживаете, Лидия Дмитриевна? – в свою очередь поинтересовался Одоевский. – Как ваш супруг, Егор Иванович, как сынок, Дмитрий?

– Все, слава богу, живы и здоровы, – ответила дама, – сынок растет, уже ходить начал. Заглядывайте к нам, Владимир Федорович, да и не один, а с супругой. Мы всегда рады видеть вас.

Раскланявшись с дамой, мужчины сели в коляску, кучер взмахнул кнутом, и они тронулись в путь.

– Кто эта дама? – спросил у князя Сергеев. – Похоже, она ваша старая знакомая?

– Еще бы, – усмехнулся Одоевский, – это дочь моего начальника, действительного тайного советника и главноуправляющего II отделением Собственной его императорского величества канцелярии, члена Государственного совета и председателя его департамента законов Дмитрия Николаевича Блудова.

Человек он довольно консервативных взглядов, но не чуждый новому, если это новое идет на пользу государству.

Надо будет как-нибудь вас с ним познакомить. Ранее он был министром внутренних дел и министром юстиции. А дочь его, Лидия Дмитриевна, замужем за Егором Шевичем, сыном генерала Ивана Шевича, геройски погибшего в сражении при Лейпциге. Кстати, мать Егора Шевича, Мария Христофоровна, никто иная как сестра Александра Христофоровича Бенкендорфа. Вы, конечно, помните, кто он и чем заведует.

За разговорами они не заметили, как доехали до Марсова поля и Воскресенского наплавного моста, по которому экипаж перебрался через Неву и покатил по Каменоостровскому проспекту в сторону Черной речки.

Места эти были Сергееву абсолютно незнакомы, хотя в XXI веке перехожены и переезжены. Вместо привычных высотных зданий вдоль проспекта стояли патриархальные деревянные одно- и двухэтажные домишки с палисадом."

"Миновав деревянный Силин мост через речку Карповку, они быстро добрались до такого же деревянного моста, только чуть побольше, через Малую Невку, носившего в те времена название Строгановского. А потом, на Каменном острове, выйдя из коляски, немного постояли, любуясь изящной церковью Иоанна Предтечи, построенной в необычном для России псевдоготическом стиле.

В свое время император Павел I, став главой Мальтийского ордена, передал эту церковь кавалерам ордена иоаннитов.

Через деревянный Никольский мост экипаж переехал Черную речку. Князь Одоевский печально вздохнул и указал рукой на место, где зимой 1837 года состоялась дуэль Пушкина с Дантесом.

– Вот там и закатилось солнце русской поэзии, – с горечью в голосе сказал он.