Если я это сделаю, ты тут же съедешь?

— Необязательно, — схитрила я, — но, если твои ночные визиты в нетрезвом виде продолжатся, то я серьезно над этим задумаюсь.

— Даже не подумаю извиняться, — его темные брови сошлись на переносице, но глаза улыбались, — ну, если только слегка. Ты любишь розы?

Ещё роз мне тут не хватало…

— Неа. Терпеть не могу цветы.

— Сладости?

Я закатила глаза.

— Давай лучше обойдемся без этого.

— Ты права. Тогда, может, новый телик?

— Пытаешься меня подкупить?"

"Он хитро сощурил глаза, и я улыбнулась, понимая, что острая ситуация миновала.

Но я ошиблась.

Сама не поняла, как это произошло. Он вдруг шагнул навстречу, как сегодня в офисе. Так плавно, что я не успела даже испугаться. Прижал меня к стене, зафиксировав ладонями лицо и коснулся моих губ своими.

Сначала легонько и невесомо, словно пробуя на вкус. А потом, не встретив сопротивления, попытался проникнуть в мой рот языком, но я опомнилась.

Уперлась ладонями в его твердую грудь и попыталась оттолкнуть от себя. Бесполезно. Это было всё равно, что пытаться подвинуть стену. Слишком он большой и сильный. К чему-то вдруг вспомнился Марк, не так давно пытавшийся вытворить нечто подобное.

Но даже изменивший, муж не вызывал такого отторжения, как этот беспардонный незнакомец.

— Ты что творишь? Зачем? — мои руки дрожали, а на глаза навернулись слёзы. — Это твоё извинение? Очень глупо, уходи!

— Ты не понимаешь, Агата, — шептал он, продолжая обнимать ладонями мое лицо, — я смогу тебя защитить. От всего.

— Нет, Глеб. Ты знаешь, что это значит? Я говорила, что не готова к отношениям. Я замужем, в конце концов. Пока замужем, и не собираюсь…

— Что, наступать на те же грабли?

— Предавать в ответ.

Несколько долгих секунд он смотрел в мои глаза, словно сканируя всю серьезность моих слов. Воистину, тот кто придумал, что женское «нет» — это синоним «да», пусть горит в аду.

— Нет, Глеб, — повторила я, упираясь в него ладонями, — по крайней мере не сейчас.

И он меня отпустил. Протянул руку, чтобы забрать с дверной ручки свое пальто и закинул его на плечо.

— Я всё понял, не дурак. Прости, если обидел.

Открыв дверь, он вышел в коридор, и меня накрыло странным чувством несправедливости. Словно это я обидела, а не меня.

Я шагнула следом.

Стоило ли вообще это делать? Наверное, нет. Глеб совсем не ангел, он взрослый мужчина со своими заскоками и тараканами, но он совсем не плохой человек, и мне бы не хотелось расставаться с ним на такой ноте.

Глупая я.

Выглянув в коридор, открыла было рот, но тут же замерла на полувздохе.

В подъезде стоял Марк. Пластыря на его голове больше не было, и я видела некрасивую полоску шрама, протянувшегося от виска до скулы.