Но сейчас я считаюсь женой Рустама, а после тяжёлого разговора с отцом понимаю, что Анваров — моя единственная надежда на спасение не только ребёнка, но и собственной жизни.

Так что бежать было бы глупо и страшно, тревога и боязнь оставаться одной никуда не делись.

Я решаю остаться.

Анваров заботливо скатывает одеяло в сторону. Я делаю шаг в сторону просторной кровати.

— Ц-ц-ц-ц… А как же дресс-код?!

— Да пожалуйста!

Я быстро стягиваю с себя сорочку с халатом и сдёргиваю вниз трусики, отмечая, как сильно сводит от предвкушения низ живота.

Быстрым шагом пересекаю комнату и ныряю под одеяло, натягивая до самого подбородка.

— Могла бы дать полюбоваться, — вздыхает Рустам и обходит кровать так, чтобы оказаться рядом со мной.

Начинает раздеваться нарочно медленно. Я заворожённо смотрю, как его длинные, красивые пальцы мучительно медленно тянут вниз ""змейку"" молнии на брюках. Потом широкая мужская ладонь опускается по идеальному прессу и замирает на границе боксеров.

Я вижу, что Рустам сильно возбуждён и трудно отрицать, что я тоже уже завелась.

— Мне продолжить? — оттягивает вниз резинку боксеров.

Я прикрываю глаза. Как будто соблазн исчезнет. Но в темноте, рядом с ним, морок желания лишь усиливается.

Шорох ткани. Его пальцы в моих волосах. Пряный мускус тела и капелька смазки, которую он размазывает по моим губам, горячей головкой члена."

"Я же не делаю ничего противозаконного? Лишь уступаю своим желаниям…

Глава 21

Рустам

Анжела прикрывает глаза, когда я притягиваю её к себе. Хочется пристроить член между её губёшек одним резким, сильным толчком, но я действую осторожнее.

Изматываю себя ожиданием и предвкушением.

Вот оно… Сейчас. Сейчас…

Горячее, частое дыхание Лики опаляет низ живота. Длинные, золотистые ресницы трепещут, когда её губы послушно приоткрываются.

Меня сильно заводит её вид. Когда я чувствую её пальцы на своём члене, единственное мое желание — скорее скорее оказаться в её ротике целиком.

— Блять… — вырывается против моей воли.

Язык Анжелы касается головки и слизывает капельку предэякулята. Она знает, как мне нравится и умело чертит жарки спирали, вызывая желание подстегнуть её.

Хочется простонать и попросить, чтобы эта дрянь, моя ненаглядная и доставшаяся чересчур высокой ценой, упрямая дрянь не останавливалась.

— Признайся, — дыхание вырывается со свистом. — Ты тоже по мне очень скучала…

Член маячит перед её пухлыми губами и подёргивается, как сломанная секундная стрелка, на одном месте.

Готов поспорить, что между её стройных ножек уже горячо и влажно.

Анжела проводит по всей длине пальцами, а потом и языком. Медленно втягивает в ротик, крупную головку.