И на поминки поехали домой к нему. Настя, девушка Олега, сказала, что я у них почти не бывал. Только пару раз заезжал. Мне это показалось странным, как и то, что к матери я его тоже не привозил. Тогда почему Женя сказала, что мы дружили? Хотя она разве это говорила? Она говорила, что Олег везде за мной следовал и был предан, что могло означать его работу на меня… но, возможно, ближе я его не подпускал. Я мог в это поверить. Кажется, я был довольно скрытным типом. В такие минуты мне хотелось себя спросить — а сейчас я какой? Я бы мог что-то скрывать от семьи? Ответ напрашивался сам собой — смотря что.

Я осматривался дома у покойного. Скромная двухкомнатная квартира на окраине города со старыми обоями и мебелью. Такое впечатление, что ремонт в ней вообще никогда не делали со времен коммунизма. Я что был такой тварью, что не платил ему? По идее, у него была неплохая зарплата. В отчетах бухгалтера, которая вела мои дела, проставлены довольно круглые суммы, которые заходили Олегу на счет. Тогда почему такая нищета беспросветная. Или это его тараканы? Кажется, паренек был довольно странноватым типом. Я даже невольно усмехнулся — зато я что ни на есть нормальный.

Женя пошла с Настей на кухню, а я медленно перемещался по просторной комнате. Все старое. Допотопное. Даже шторы и скатерти. Какие-то фото в рамках стоят. Лица на фотках незнакомые. Никого не узнал. Да и какая теперь разница, как жил Олег. Это было его личное дело. Меня это не касается.

Я зашел на кухню и сел за стол. Думал, на поминки еще народ соберется, но кроме нас с Женей, так никого и не было. Странно все это. Странно и дико как-то. Умер человек. А у него даже друзей нет и родни.

— Настя, а где семья Олега? Почему никто не приехал?

— Так нет у него семьи, — девушка хлеб с колбасой надкусила и на меня посмотрела большими карими глазами, — детдомовский он. Брат погиб, когда Олежек маленьким был. Мать запила, потом под машину бросилась. Так он рассказывал. Тетка была у него старая, в деревне жила, после смерти матери Олега она в эту квартиру переехала. Его у себя не оставила. Сдала в детдом. Она умерла, когда Олег как раз школу окончил и домой вернулся. Инсульт, вроде как. Я подробности не выясняла.

«Очень удобно умерла, как раз когда пареньку потребовалась жилплощадь» — и тут же тряхнул головой, отгоняя эти мысли.

— А Олег нуждался? Ну, я в том смысле, что квартира старая и… у него денег не было на ремонт?

Настя опустила взгляд и поковырялась вилкой в салате.

— Он странный был. Не такой, как все. Очень странный. Не хотел ничего менять здесь. Говорил, что это музей. Что здесь все так, как при матери и при брате было. Что он ничего менять не намерен. Ну а я… а мне все равно было… я его… я его так любилааа.