Каменная плоть покрывается трещинами, каждый удар вышибает из тела облака мраморной крошки. Рубиновая кровь проступает сквозь камень и застывает причудливыми драгоценными друзами.

-- Мои дети… - наперекор воле богов шепчут сведенные оковами времени губы.

Боль материнского сердца пронзает спящий мир.

Раздраженно мычит Хронос. Его сладкий безмятежный сон - сон где он стал истинным Творцом, наполняется тревогой. Высший вдруг заворочался на своем ложе, переворачиваясь с боку на бок и никак не находя удобного положения. Встревоженное время дрогнуло, и послушное своему богу вновь заскрипело заржавелыми шестеренками.

-- Тик… - отсчитали секунду маховики вечности крохотного цифрового мира.

-- Тик… - генерал Череп успел оглянуться, бросая взгляд на свое воинство.

-- Тик… - стоящий рядом комендант Медвед сделал шаг к любимой и зажал на ее груди кровящую рану.

-- Тик… - юные паладины сомкнули строй за спиной своей предводительницы. Аленка лишь качнула головой - их час еще не пришел. Она чувствует… как чувствует и десятки влюбленных взглядов своих рыцарей…

-- Тик… - следящий артефакт теряет часть заряда в мощном импульсе. Его задача не так проста. Требуется пробить больше сотни ярусов и уведомить Стоеидного о вышедшем из стазисе мире.

-- Тик… - Тавор успевает разразиться десятками команд и активировать защитные плетения, но толку в этом…

-- Тик… - солнце Друмира закатывается за горизонт. Его лучи в последний раз отражаются от крыши Первохрама. Наступает долгожданная ночь.

-- Тик… - боль покидает материнское сердце. Ее дети будут жить!

-- Спасибо… - шепчет матерь богов.

Покой возвращается в мир. Хронос удовлетворенно устраивает голову на золоченом бархате подушки. Друмир засыпает…

* * *

Неуловимое глазу движение и клинок по самую рукоять погрузился в грудь Двуликого. Парализованное тело Младшего выгнуло дугой. Сжигая миллионы очей веры он смог лишь немного ослабить давление оков, поднять взгляд к небу и захлебываясь кровью прошептать:

-- Мама… Брат… Простите…

Но вдруг, в его глазам мелькнул отблеск закатного солнца Друмира. Улыбка невольно растягивает лицо юного бога в ужасающем оскале.

Наемник-дендроид непонимающе морщится, а смех Младшего разносится над поляной. Тело бога осыпается пиксельной пылью.

Вопит инфразвуком обделенный клинок Мамона - силы потрачены, а добыча ускользнула в самый последний момент. Впереди - дюжина дюжин голодных лет.

Скрипит деревянными зубами разъяренный Хаосит. Этот заказ бесит его все больше. Таких потерь - материальных, божественных и репутационных - его десяток не нес уже давно. Но… полученный опыт стоит того. Каждая его крупица - это годы жизни будущей вечности.

Легко поднявшись он медленно выдыхает воздух и прищурившись оглядывает бойцов.