По-прежнему утопая лицом в подушке, она слегка отклонила голову в сторону и с оттенком неприкрытой желчи в своем хриплом голосе насмешливо произнесла:

– Что, неужели многоуважаемый синьор Моретти насытился своей несравненной «экс-подружкой» и наконец-то вспомнил о жалком существовании никчемной синьорины Горнели?

Однако тут же вспомнив о его непоколебимых принципах, она вдруг язвительно рассмеялась, с трудом продолжая свой сбивчивый монолог:

– О, нет. Вы же ненавидите эту фамилию, как и всех носящих ее людей. Для вас я всегда буду лишь синьориной Риччи. Долбанной синьориной Риччи, об которую вы так старательно вытираете свои дорогие ботинки.

Увы, Рикардо никак не отреагировал на ее гневную тираду.

Словно не слыша ее, пылкий любовник лишь усилил свои поцелуи.

Придавив девушку к жесткому матрасу своим увесистым телом, он жадно прикусил мочку ее уха, тихо прошептав свое успокоительное:

– Ш-ш-ш…

Мике вновь заерзала, мгновенно ощутив, как нечто достаточно твердое потерлось о ее мягкие ягодицы.

Вновь с силой сжав зубы, зеленоглазая бунтарка пораженно вздохнула.

Боже, как же она ненавидела себя в этот момент. Ей следовало злиться на Моретти, проклинать его кобелиную сущность, но вместо этого она лишь таяла в его объятиях, словно шоколад на солнце.

Его нежные губы вновь заскользили по ее телу, играя с ней в своей мучительной манере. Зажав в зубах край подушки, Микелина тихо захныкала.

Ну почему, почему она не может отказать этому мужчине? Почему, даже несмотря на его предательство, все так же радостно принимает его страстные объятия? И дело здесь было вовсе не в соглашенном между ними договоре. Нет. Просто она полюбила его… А он ее нет!

Перевернувшись с помощью крепких рук на спину, Микелина вонзилась ногтями в нависшую над ней спину, но тотчас ощутив плотную материю сорочки, разочарованно зарычала. Ей нужно почувствовать его тепло. Нужно почувствовать его обнаженную плоть. Плоть, которая наконец-то утолит ее зверский голод. По-прежнему не раскрывая глаз, Микелина блаженно утопала его крепких объятиях. Да, он все так же оставался подлецом и ублюдком, но все же сейчас он был только ее мужчиной. Услышав его шумное дыхание над своей головой, девушка не сдержала довольной улыбки.

Ей нужно было узнать, что она лучше Хант. Ей нужно было услышать из его уст это прямо сейчас. Нежно проведя пальцами по широким ладоням любовника, Микелина резко притянула их к своей полной груди. В отличие от Хант у нее она была настоящая.

Большие пальцы тут же с жадностью сжали чашечки черного бюстгальтера, заставляя ее призывно выгнуть спину, блаженно заурчав от восторга.

О, да, она непременно выскажет этому сукину сыну все, что он нем думает. Она возненавидит его за столь открытую измену. Проклянет на чем свет стоит.