А ведь если Булатов смог так поправить здоровье Императору, то насколько лучше себя будет чувствовать цесаревич, после стольких-то дней лечения? Так что старик был доволен незапланированным отпуском сына. Хотя, конечно, это неправильно. Наследник должен быть всегда занят делами, это воспитает в нем трудолюбие, и уже будучи Императором, он не будет уставать от непомерных нагрузок. Но, с другой стороны, всем людям иногда нужен отдых. Зато потом Александр с новыми силами сможет сразу включиться в работу!

Император немного посидел, глядя в потолок и размышляя о своем, после чего нажал на кнопку вызова помощника.

А спустя буквально минуту в дверь постучался Игнат.

— Вызывали, Ваше Величество? — учтиво поклонился он. В последнее время помощник пребывал в прекрасном настроении, наблюдая, насколько лучше стал себя чувствовать его господин.

— Да, — кивнул старик. — Просто хотел поинтересоваться, как там дела у Сашки.

— Не могу знать наверняка, но сейчас уточню, — Игнат достал планшет и начал тыкать пальцем в экран. — У вас два непрочитанных письма. Но на них нет пометки «срочно», потому я думал прочитать их вам в пять вечера, строго по графику.

— Два письма от Александра? — обрадовался старик.

— Ну… Нет, одно от Булатова, а второе от вашего сына, — скривился Игнат.

— Эх… — вздохнул Император. — Тогда давай начнем с худшего. Читай, что там Булатов написал.

— Так… Проверка проходит успешно, Александра подлечиваю… — помощник вчитался в строки. — Провожу шоковую диагностику наружных контуров энергопроводящих систем. А можно не читать непонятные слова?

— Например?

— Ну вот, он тут на три страницы подробно описывает процесс какой-то там девальгинизации мембранул, — Игнат нахмурился и пробежался глазами по тексту.

— А, нет, ошибся. В конце он пишет, что это был поверхностный рассказ, чтобы вам было понятнее.

— Но мне понятнее не стало, — нахмурился старик.

— А мне стало непонятнее, — пожал плечами Игнат. — Вот он пишет, что тому криворукому врачу, который пару лет назад лечил Александру перелом костей левой руки, нужно сломать, как минимум, ноги. И заставить прилюдно сращивать их себе также криво.

— А кто его тогда лечил? — удивился старик.

— Так императорский лекарь! — почесал затылок Игнат.

— Лучший в империи. По крайней мере, я так думал раньше.

— Ладно, читай, что он там еще пишет, — отмахнулся старик. Но тоже задумался над словами Булатова.

— Дальше ничего особенного. Пишет, что работа кипит, и он готов вернуть цесаревича в любой момент. Хотя остался еще один диагноз, с которым они почти разобрались, — быстро дочитал письмо Игнат. — Как-то так…

— Ну вот! Значит, отставить тревогу. В кои-то веки Булатов написал по делу и без шокирующих новостей, — обрадовался старик.