И потому у них сорвалась операция, так что теперь они требуют компенсации потерь.

— Вот же… — хотел выругаться граф, но сдержался, так как в кабинете был его сын. — Мало того, что взяли в аренду наши самолеты через третьих лиц… Знали, что я не дам им даже развалюху! Так еще и натравили на слабого! — он ударил по столу, отчего кружка с пивом чуть было не свалилась на пол. — А на кого, кстати, нападали?

— На графа Булатова, — кивнул помощник.

— Булатов… — задумчиво повторил граф. — Булатов… Что-то знакомое… Павел, ты знаешь кто такой этот Булатов?

— Если мне не изменяет память, то он у нас в черном списке, — парень лет шестнадцати отвлекся от книги.

— Он нам что-то сделал? — нахмурился Гагарин и отпил немного пива.

— Нет, внесли по просьбе другого рода. Обычная травля, ничего особенного, — проговорил парень, уже не отвлекаясь от книги.

— Тогда вычеркни его из списка. Покажи мне предложения, которые он присылал, — приказал Гагарин.

Сын вздохнул, закрыл книгу, и быстро покопавшись в телефоне, нашел нужные документы. А через секунду они уже открылись на компьютере графа.

— Так… — прочитал он первые строчки. — Он хотел купить самолеты, запасные части, вооружение… Свяжись с ним и скажи, что мы готовы с ним работать.

— Позволь уточнить, на каком уровне? — парень поправил очки.

— На приоритетном! — улыбнулся граф. — Можешь предлагать последние разработки по нормальным ценам, — улыбка стала еще шире. — Эти ублюдки Мамоновы думают, что начнут войну с нами? — рассмеялся он. — Пожалуй, внеси их в черный список, и передай пожелание всем нашим друзьям. Пусть останутся без авиации… Тогда посмотрим, как они со своими портами и деньгами запоют…

Глава 2

Жаль, конечно, но нельзя тешить себя иллюзиями, что такое будет продолжаться вечно. Сейчас враги охотно делятся со мной оружием, снарядами, и техникой. Сами приносят всё это чуть ли не на склад, отдают, и убегают.

Но когда-то враги станут умнее, поймут, что за счет этого я становлюсь только сильнее. И как только это произойдет, мои противники будут приходить ко мне голышом, и без оружия. Вот тогда у Рода Булатовых настанут, по-настоящему, тёмные времена.

От таких страшных мыслей меня отвлек телефонный звонок. Так что пришлось убрать в сторону списки трофеев, полученных в последних сражениях, и посмотреть на экран телефона. Номер принадлежит, если верить открытой имперской базе, неизвестному мне Роду. Гагарины… Наверное, тоже хотят объявить войну. Ну и ладно, хоть поговорю и пойму, с кем имею дело.

— Добрый день, господин Булатов! — отозвался спокойный басовитый голос, стоило мне поднять трубку. — Вас беспокоит представитель Рода Гагариных, — странно, чаще всего ради объявления войны звонит сам глава Рода.