«Стул!» — мелькнула в голове совершенно кровожадная мысль.

Его-то Даша и схватила, подняла над головой и опустила на успевшую подобраться совсем близко Светку. Та охнула, осела на пол.

Даша не видела, куда угодила деревянными ножками стула, да и всё равно ей в этот момент было. А ведь раньше жестокостью не отличалась, с одноклассниками не дралась, дома, понятное дело, тоже вела себя мирно. Зато сейчас сама себя испугала. Серые детдомовские стены будто пробудили в ней древние инстинкты.

— Сука… — зарыдала на полу Светка.

Даша и ухом не повела, всё всматривалась в темноту, выжидая, когда свой ход сделает Надька. Та не спешила. Точнее, не спешила подходить к Даше. Девочка вскоре увидела, как крупная фигура мучительницы по стеночке движется к выходу и исчезает в коридоре.

— Вали! — рявкнула Даша Светке. — Еще раз увижу в моей спальне, забью!

Для пущей убедительности снова замахнулась стулом. Только это уже было лишним, поскольку Светка и без ее грозного рыка уже поднялась на четвереньки и весьма бодро поползла к выходу.

Четыре года назад:

Понедельник, 6 мая 2013

09:15

— Вы не пьете? — с самым серьезным видом спросила Дарья, рассматривая высокого, крепкого мужчину ярко выраженной кавказской наружности.

Дашина серьезность его позабавила, но он отдал ей должное и честно ответил на вопрос:

— Только по праздникам и только немного вина, которое до сих пор делает мой дед. Виноград сами растим, ты всё увидишь! Будешь называть меня папа Авзураг, — он указал рукой сначала на себя, потом на женщину, что сидела рядом с ним: — а жену мою — мама Марисоль.

Женщина эта Даше понравилась сразу. Глаза добрые, улыбка открытая. Еще очень понравилось ее платье — длинное и зеленое, как весенняя трава. Сочный зеленый всегда был любимым Дашиным цветом. Это платье хотелось потрогать, примерить, забрать себе. А сколько на женщине украшений… На каждом пальце по кольцу или два. Видно, что дорогие. И серьги большие, тяжелые.

Даша рассудила просто: раз на Марисоль столько украшений, значит, Авзураг не забирает их у нее, чтобы продать, а наоборот, дарит. Значит, в семье есть любовь и достаток. Даше именно об этом и мечталось долгими одинокими ночами. Кроме того, Габарашвили были единственной семьей, которая захотела удочерить Дарью. Для девочки ее возраста найти семью вообще большая удача.

Это было первое и единственное собеседование с предполагаемой будущей семьей за весь год с небольшим, что Даша прожила в детдоме. Когда ее позвали к директору и оставили одну с этой парочкой, девушка поначалу струсила. Теперь уже не боялась, а наоборот хотела лучше узнать этих людей. Впитывала каждое сказанное ими слово, анализировала, просвечивала взглядом."

"— Будешь жить вместе с нами при гостинице, — тем временем продолжал мужчина.